Шестое правило дворянина (СИ)

— Ты ли это, барон Леонор де Линьола? — спросила старуха, когда он вошел.

— Я, ваше сиятельство, — ответил человек и посмотрел по сторонам. — Вы совсем одна?

— Как видишь, — вскинула она руки. — Гостей у меня больше нет, а слуг я сама разогнала, чтобы они не смотрели на меня как на таракана. Садись со мной рядом.

Барон взял один из стульев, поставил его перед герцогиней и сел на него, закинув ногу за ногу. Смуглое лицо, шрам на правой щеке, тяжелый мрачный взгляд карих глаз... Он молча смотрел на нее, ожидая что скажет Амелия Захаровна.

— Видишь, что на самом деле значит человеческая благодарность? — улыбнулась старуха. — Стоит произойти маленькому недоразумению и вот уже рядом с тобой никого нет.

— Я знаю, как это бывает, — кивнул Испанец.

— Ну да, — хихикнула Бирюкова. — Кому как не тебе знать об этом.

Постепенно ее смех перешел в сдавленный кашель и барону потребовалось подождать не меньше пяти минут, пока она сможет продолжить.

— А как у тебя с памятью? Ты помнишь об услуге, которую когда-то оказал мой муж твоему отчаянному отцу? Помнишь, что жив сейчас лишь только потому, что твои враги были замучаны до смерти в подвалах тайной канцелярии?

— Не забыл, — ответил Леонор де Линьола и погладил свою окладистую седую бороду.

— Это хорошо. Тогда скажи мне вот что... Род де Линьола еще занимается своим ремеслом?

Какое-то время Испанец раздумывал над ответом, а затем сказал.

— Госпожа, мир изменился, теперь не принято решать вопросы при помощи одних лишь стилетов. Все стало намного сложнее и обычаи стали воспринимать как безумные пережитки прошлого, — он вздохнул. — Сейчас намного проще уничтожать врагов финансово, а не устранять физически. Поэтому теперь мы предпочитаем действовать другими методами. Более... кхм... прогрессивными. Наша семья теперь предпочитает множить капиталы, а не резать по ночам своих врагов в их теплых постелях.

— Жаль слышать об этом, я рассчитывала на другой ответ и хотела попросить тебя вернуть долг. Но, видимо, ты и в самом деле прожил слишком много в нашей Империи, и успел нахвататься местных ценностей. У тебя даже акцент пропал...

— Госпожа, я наслышан о вашем горе и соболезную вам... Но если вы хотите, чтобы я отдал свой долг кровью чужой, то мне придется вам отказать.

— Почему ты думаешь, что я этого захочу?

— Потому что я не дурак, ваше сиятельство, — пожал плечами Испанец. — И понимаю о чем и о ком идет речь. Всему городу известны причины, по которым ваш сын оказался в подвале тайной канцелярии. Вас ведь интересует Соколов, не так ли?

— Верно, барон. Меня интересует, чтобы он сдох как можно скорее!

— В таком случае я дал вам свой ответ.