Шестое правило дворянина (СИ)

Но для начала — все же попытайтесь найти заказчика.

— Вас понял, ваше сиятельство.

— Я распорядился чтобы Бьянка кофе на вашу долю сварила, так что если угодно...

На прощание я еще раз посмотрел на паучка, который красовался на груди мертвого убийцы, а затем пошел в дом. Скоро здесь будет куча полиции и ребят из тайной канцелярии, а я хочу еще хотя бы пару часиков поспать. Потом мне точно не дадут этого сделать.

* * *Как я и предполагал, первую половину следующего дня я провел за разговорами с полицией и агентами из тайной канцелярии. Хотя последние отняли у меня не слишком много времени — думаю, Бестужев постарался, чтобы меня не донимали всякими глупостями.

Ну а когда Ясные Горки наконец опустели и территорию моего владения покинул последний полицейский, я поехал в Департамент, где меня дожидался Гринев. Он позвонил рано утром и сообщил, что имеет на мой счет особые распоряжения от руководства.

Узнав, что приключилось в моем владении, аншеф даже не слишком удивился:

— Слушай, я вот понять не могу — и когда ты успеваешь себе на задницу всякие проблемы находить, Соколов? Ты можешь мне объяснить, почему тебя каждый второй хочет тебя прикончить?

— Не могу, Василий Денисович, — весело ответил я. — Сам иногда удивляюсь. Вы же знаете, я человек миролюбивый — без дела и мухи не обижу.

— Да уж, миротворец ты еще тот, — хмыкнул Гринев. — Ладно, заканчивай со своими делами и срочно ко мне — особый приказ на ваш счет пришел.

Собственно, о предмете нашей встречи я догадывался и не ошибся. Разговор пошел о предстоящей поездке в Японскую империю. Кроме меня у Гринева в кабинете присутствовал уже знакомый мне Алабин, который, как оказалось, должен будет составить мне компанию.

В общем и целом, в гости к императору Фумихито нас поедет семь человек, включая Подарину и Соловьеву. Насколько я понял, команда подберется, что надо. Ну, а кроме того, будет еще с десяток Мироходцев и со стороны Японской империи — не будем же мы сами за них всю работу делать.

Отправляемся завтра утром, с таким расчетом, чтобы надолго там не задерживаться и через пару дней вернуться домой. В заключении Василий Денисович пожелал нам удачи, снабдил меня эфириумом для Шушика и мы распрощались.

День выдался каким-то слишком суетливым и беспокойным, так что в Ясные Горки я вернулся изрядно вымотанным — разговаривать ни с кем не хотелось, уже язык болел.

Единственное исключение сделал для Василисы, которая замучила меня вопросами о моем здоровье. Ну и еще одно для Леонида Александровича — очень интересно было узнать, что он вынюхал за день.

— Пока мне порадовать вас нечем, ваше сиятельство, — огорчил меня Верховцев. — Копаем везде, где только можно. Из особо интересующих нас людей никто территорию империи не покидал.