Сказочник

Кажется, тогда я первый и последний раз в жизни послал женщину не косвенно, а буквально. Потом я узнал, что она уехала вместе с ним в Японию.

Ася зачем-то кивнула, машинально сняла с Тима комбинезон, благодаря Тимура за эту паузу, за то, что она может переварить услышанное.

— Недавно я столкнулся с ней в салоне, когда покупал кольца, — продолжил он. — Она дала понять, что хочет вернуть прошлое, а я дал понять, что собираюсь жениться и прошлое меня нее интересует. А буквально на днях узнал, что Стас взял ее на должность директора по персоналу, которого агентство прислало на собеседование. Мы уже подали заявку на новую кандидатуру. Аня узнала об этом и пришла выяснять отношения. Вот как раз ты застала эту сцену.

Вот так просто жизнь еще раз доказала, что прошлое достанет их всех. Рано или поздно, догонит и ударит в спину.

— Она очень красивая, — пробормотала себе под нос Ася, снова и снова вспоминая и рыжие волосы, и миниатюрное сложение.

— Мне это уже давно безразлично, маленькая. Правда.

Ася подняла взгляд, всматриваясь в его лицо. Господи, она же ревнует. Так сильно, что хочется бросить все, выбежать в коридор, найти наглую вертихвостку и выцарапать ей глаза. Сердце кольнуло так сильно, что она невольно прижала ладони к груди. И перед глазами пронеслись картины того, что будет, если Тимур вдруг отвернутся к другой женщине.

— Морковка, ну что такое? — Тимур поднялся, аккуратно обнял их с Тимом. — Чувствую себя каким-то мудаком за то, что у тебя глаза на мокром месте.

— Совершенно не за что извиняться, — шмыгнула носом она.

Отогнать образы никак не получалось. А ведь такое было раньше, с Игорем.

Наверное, каждая женщина рано или поздно, но задумывается, что с ней будет, если она вдруг останется одна. Образы Игоря, ушедшего к другой женщине раздражали и злили, хоть тогда ей казалось, что эти чувства и есть ревность. Но она могла на десять лет наперед рассказать свой жизненный план шаг за шагом.

И… больно не было. И когда осталась на улице единственное, о чем она жалела, так это что не успела собрать достаточно денег.

Мысль о том, что вот завтра или послезавтра Тимур пропадет из ее жизни растаптывала напрочь. Превращала в горстку перетертых болью костей и плоти.

Она не пропадет, сможет позаботиться о себе и сыне, даже если для этого придется грызть зубами землю, но что делать с жизнью, в которой не будет его, Тимура?

— Маленькая, у меня есть прошлое, и я не скрывал, что в этом прошлом есть женщины. Вероятно, их намного больше, чем могло бы быть, но я просто отрывался.

— Тимур прижался лбом к ее лбу, и она потянулась к нему, подставляя щеку под теплое дыхание с нотками табака. — Ты — моя жена, нам хорошо вместе, и я никогда не буду таскаться с другими женщинами у тебя за спиной.