Скиф-Эллин

Он смотрел в глаза, когда я произносил эти слова, пытаясь разглядеть мой страх, спрятанный за бравадой, но не увидел.

— Твои уцелевшие воины отдадут за тебя пять лошадей? — спросил я.

Они, отскакав на пару километров, наблюдали оттуда, как бессы сгоняют в деревню трофейных лошадей и снимают с убитых врагов все ценное.

— Да, — уверенно ответил Мавах.

— Скилур, скачи к ним, предложи обмен пленника на пять лошадей, — приказал я. — Остальных им хватит, чтобы добраться до своего лагеря.

За приведенного «языка» мне бы вряд ли что дали, а хороший боевой жеребец, не говоря уже о пяти, стоит в несколько раз дороже неквалифицированного раба, годного только в гребцы на галеру.

Так что мы с Мавахом присели в тени дома на что-то типа лавки — обтесанное сверху бревно, положенное на два камня — и выпили вина, разбавленного водой, которое я вожу в бурдюке, притороченном к седлу.

— Ты — скиф? — первым делом спросил он.

— Нет, но жил рядом с ними. У нас много совместных браков, — ответил я.

— Да, ты не похож не скифа, — сделал он вывод.

— Ты тоже, — пошутил я, потому что именно такими будет изображать скифов один русский поэт.

— Я — дах, — гордо произнес кочевник.

— Во время сражения держись сзади, возле лагеря, чтобы захватить что-нибудь, когда ваша армия побежит, — посоветовал я.

— Нас больше, мы победим! — уверенно произнес он.

— Вас и сегодня было больше, а добычу собирают мои воины, — возразил я.

— Вы напали из засады, — попытался оправдаться Мавах.

— Плохому наезднику яйца мешают, — поделился я понятным ему вариантом русской поговорки.

Скилур вернулся быстро. Пять лошадей — не цена за вызволение соратника, тем более, командира.

Мы произвели обмен в километре от деревни, навьючили и этих лошадей трофеями, после чего отправились в свой лагерь. День прошел не зря.

37"

"Четвертые сутки мы стоим в укрепленном лагере, сооруженном километрах в двадцати пяти от врага. Это, конечно, не лагерь римского легиона, но обнесен со всех сторон рвом и валом и кое-где укреплен частоколом. Александр Македонский лично смотался на разведку и полюбовался армией персов. Врагов раз в пять больше, чем нас. На этот раз у царя не хватило прыти ломануться в бой с разбега или хватило ума не делать это.

Даже с Парменионом посоветовался, чего не делал со сражения возле Иссы. Четыре дня мы готовились к бою. Точильные камни были самым востребованным предметом. По лагерю сперва шел тихий ропот струсивших. Наверное, я был единственным, кто не сомневался в победе. Поэтому запустил встречную тему для разговоров — требование отдать всю добычу тому, кто ее захватит, никаких отчислений царю. Ее быстро подхватили, потому что не было уверенности в победе.