Скиф-Эллин

В Афинах хлеб всегда в дефиците, а по весне — особенно.

46

В Афинах все было так же, как и до начала похода Александра Македонского, разве что бедных горожан стало меньше. Многие, услышав о захваченных у персов богатствах, подались служить в македонской армии фалангистами. Их брали с удовольствием, несмотря на то, что Царь Всего навербовал в фалангу азиатских молодых бездельников. Наверное, ставил своих новых подданных в задние шеренги, где, как сказал классик, толку было от них, правда, как с козла молока, но вреда, однако, тоже никакого.

Египетский караван еще не пришел, так что я продал зерно быстро и с хорошим наваром, отбив все свои затраты на херсонесское гражданство. На Амфиполис взял попутный груз — ширпотреб афинских мастеров, который вез македонский купец, живший на соседней улице. Он собрался нанять две галеры, но когда я сказал, что за ту же цену отвезу на своем судне намного быстрее, сразу согласился. Думаю, что важнее была не скорость доставки, а то, что купец знал меня. Иногда купцы пропадают вместе с грузом, а хозяин галеры и экипаж становятся немного богаче. Ветер нам был попутный, юго-западный, пусть и не сильный. В помощь ему днем гребцы отрабатывали зарплату. По пути в Афины они по большей части пинали кое-что, обленившись до безобразия, и теперь скидывали нагулянный жирок.

Дома меня уже заждались. Если честно, перед рейсом я с такой радостью сбежал от семьи, что в этом стыдно было признаться даже самому себе. В походе было много разных дел, которые отвлекали от жены и детей, а вот за зиму в Амфиполисе они мне чертовски надоели. Нет, относился я к ним хорошо, но надо было отдохнуть от семьи. Зато по возвращению мы все были искренне рады друг другу. У нас с женой даже случилось что-то типа второго медового месяца. Не месяц, конечно, но неделя — точно. В этом один из плюсов морской профессии."

"Я опять нагрузил судно оливковым маслом, вином и разным металлоломом военного назначения и отравился с семьей к новому месту жительства. Не скажу, что Аня была рада переезду, но такова тяжкая женская доля — приходится постоянно улучшать свою жизнь из-за прихотей мужа. Это было ее первое путешествие по морю, если не считать пересечения пролива Дарданеллы на пароме. До выхода в Черное море, которое сейчас называется Гостеприимным, моей жене нравилось всё. На подходе к Крымскому полуострову у моря закончилось гостеприимство, нас прихватило, скажем так, некоторое ухудшение погоды, потому что назвать штормом волну высотой два метра у меня язык не поворачивается. Несмотря на волнение, такое опасное для галер, мы под парусами зашли в бухту Херсонеса, где на веслах добрались до причала, на радость Ане и к огорчению детей, которые сладко спали, убаюканные морем.