Скиф-Эллин

— Мы согласны, — ответил за всех кочевников Гнур."

"Согласие демиурга Агасикла, полемарха Харисия и басилевса Деметрия их не интересовало. Подозреваю, что скифам даже в голову не приходило, что такие вопросы должны решать люди, не проявившие себя в сражениях. Впрочем, руководящая троица была не против, как и созванные позже городской Совет и народное собрание. Боспорцы захватили наши галеры и сожгли наши пригороды, поэтому должны быть наказаны. Тем более, что в поход пойдут только добровольцы.

Желающих поживиться за счет боспорцев оказалось много. Я думал, придется уговаривать тех, кто обслуживает тараны и катапульты, а получилось, что часть их пришлось переводить в гоплиты, потому что почти все вызвались добровольцами, но половину катапульт и расчеты для них надо было оставить в городе. Согласилась отправиться в поход примерно половина фаланги, участвовавшей в сражении со скифами и все всадники. По поводу последних я не сомневался. Ясно, что в случае большого сражения атаковать будут скифы, а херсонесцам достанутся вторые роли, зато удрать на коне легко и быстро, в плену вряд ли окажешься, даже в случае проигрыша. Всего собралось без малого шестьсот человек. Это намного меньше, чем в скифских отрядах, но мы ведь высококлассные специалисты, так что имеем право на одинаковую долю от добычи.

Провожал нас весь город, торжественно и жертвенно. На рога волов, которые везли осадные орудия в целом или разобранном виде, нацепили венки из веток с молодыми зелеными листочками. Такое впечатление, будто идем на святое дело, а не ради шкурного интереса. Видимо, сказывалось отсутствие других, более интересных мероприятий.

Со скифами встретились в степной чати Крыма, неподалеку от того места, где вломили им. Наверное, среди участвовавших в этом походе были и те, против кого мы недавно воевали, однако вели они себя пристойно. Война учит уважать противника, победившего тебя.

Скифское войско состояло из тяжелой и легкой конницы и пехоты. К первой относились богатые скотоводы и их родственники. Они ездили на крупных лошадях, имели чешуйчатые или пластинчатые доспехи, вооружались, кроме лука, копьем длиной метра три и/или тремя-четырьмя дротиками, а у некоторых кроме или вместо короткого акинака были длинные мечи или сабли. Щиты с вырезом сверху, изготовленные из металла или дерева с металлическими полосами. Самое интересное, почти у всех пожилых воинов были «стремена» — кожаные ремни с петлями на концах. Видимо, молодые пока считают западло пользоваться стременами, хотя с ними намного удобнее воевать с копьем и рубить длинным мечом или саблей. Говорят, позаимствовали это изобретение у сарматов, у которых главное оружие — длинное копье, поэтому нужна опора для ног.