Скиф-Эллин

В том числе осталось без посещения и одно из семи чудес света — мавзолей Мавсола. Вместо этого я вновь посетил шатер Пармениона, командующего левым крылом македонской армии. Вряд ли старого полководца, как меня, не впустили в Галикарнас. Наверное, побывал там и вернулся в лагерь. По слухам у Пармениона не складываются отношения с македонским царем. Это при том, что он практически контролировал всю македонскую армию: его старший сын Филота командовал гетайрами, младший сын Никанор — гипаспистами, брат Асандр — всей кавалерией, а были еще и множество преданных ему командиров среднего звена.

Может быть, поэтому царь Александр и недолюбливал Пармениона. Ведь в македонской армии все важные вопросы пока что решается на войсковом совете, где у старого полководца больше поддержки. Кроме нас в шатре был только раб, такой же старый, как хозяин, наполнивший нам вином по золотому кубку. Вино было то же самое, что и в прошлый раз, а вот кубки новые. Видимо, получил их из милетской добычи."

"— Мне сказали, что ты бывал здесь раньше, в том числе и в Великой Фригии, — отпив хороший глоток вина, начал разговор Парменион.

Фригий сейчас две — Гелеспонтская, возле Дарданелл, и Великая — примерно на том месте, где были западные и центральные территории хеттов. Я не сразу вспомнил, что сболтнул во время попойки у Эригия на привале по пути к Милету, что пересек Малую Азию посуху. Мол, попутешествовал вместе с купеческим караваном, направляясь в Египет. Поскольку в географии они не сильны, не пришлось объяснять, как я оказался на острове Карпатос.

— Да, проезжал там, — согласился я и предупредил: — Но в проводники не сгожусь.

— Проводники и без тебя найдутся, — отмахнулся старый командир. — Мне нужны толковые разведчики. Царь отправляет меня с войском на покорение центральных и северных районов, а сам пойдет южнее, вдоль морского побережья. Присоединишься к моему войску?

Так понимаю, нужны не столько толковые разведчики, сколько люди, которым он бы доверял. Нет, Парменион не сильно удивится, если я перейду на сторону персов или дезертирую, но, в отличие от македонцев и греков, точно не настучу на него царю. Хотя бы потому, что Александр Македонский со всякими некультурными и необразованными варварами-наемниками не знается, предпочитает общаться с греческими учеными, инженерами, поэтами, скульпторами.

Знал бы царь, что я образованнее всей его свиты вместе взятой…

Предложение было заманчивым. Пармениону любовь граждан из покоренных сатрапий не нужна, поэтому позволяет своим воинам грабить всех подряд и отдавать ему десятину. К тому же, если нам, как разведчикам, придется двигаться впереди войска, вся самая ценная добыча будет наша.