«Смерть» на языке цветов

На оперативной работе нужно уметь отключать эмоции. Это Лавров тоже когда-то знал очень хорошо и еще не успел забыть. Однако сейчас ему было очень жаль «маленькую хозяйку большого дома», райскую птичку Алю Ковалеву, которой остаток жизни предстояло провести с мыслью, что ее муж — убийца.

Похоже, сидящая рядом с ним Лиля думала о том же самом.

— Я ни разу всерьез не рассматривала его как подозреваемого, — призналась она. — Да, давала указание проверить круг его знакомств по первым убийствам, но на самом деле не подозревала. Ребята, может, занимаясь пресс-релизами и раздачей официальных комментариев, я кончилась как профессионал?

Лавров нашел на сиденье ее руку и пожал утешающе.

— Лилька, душа моя, не говори ты глупостей, — повернулся с первого сиденья Бунин. — Это может ни о чем не говорить, а может говорить лишь о том, что гражданин Ковалев ни в чем не виновен. Ну был он любовником этой барышни, и что? Это же не преступление. Сейчас тряхнем его, помещение магазина осмотрим, либо найдем улики, либо какие-то доказательства его невиновности. А может, и ничего не найдем. Тогда привезем его в отдел и будем крутить, пока ясность не появится. Тут два из одного, либо он — убийца, либо его кто-то хочет жестко подставить.

— Да, такую версию тоже нельзя сбрасывать со счетов, — задумчиво согласилась Лиля. — Может быть, его жена узнала, что у него роман с этой Костровой, и решила отомстить. Вон, Сергей говорит, что она чертовски талантливая. — Лиля вдруг обернулась к Лаврову:

— Правда, Сережа, ты сказал, что эта Аля способна собрать букет, как рассказать историю. Такую, что заслушаешься. Я еще тогда подумала о том, что нам как раз рассказывают историю, вот только смысла ее мы понять пока не в состоянии.

— Не знаю, — медленно произнес Лавров. — Мне она показалась трогательной и беззащитной маленькой девочкой, попавшей во враждебный взрослый мир. Знаете, есть такие люди, которые вообще не приспособлены к жизни в современных реалиях. Их нужно холить, лелеять, оберегать, как детей.

— Не завидую я Ковалеву, — сообщила Лиля. — Это же ужас, с такой женщиной жить. Не жена, а дите неразумное. Может, поэтому у них и детей нет, потому что в их семье роли так с самого начала распределились, что она Ковалеву и за жену, и за ребенка?

— Извращение какое-то, — в сердцах заявил Бунин. — Я свою Ирку берегу, надрываться не даю, все тяготы стараюсь на себя брать, но она — взрослая самодостаточная женщина. Работа у нее любимая, зарабатывает она неплохо. Готовит, стирает, уборку делает, ребятенка нашего нянчит. Я ж на работе всегда, так она одна все успевает.

— Люди разные, Вань. — Лиля пожала плечами. — Одному нравится поп, другому попадья, а третьему свиной хрящик. Может, ему и нужна именно такая женщина.