Смерть дублера
Рекс Стаут, создатель знаменитого цикла детективных произведений о Ниро Вулфе, большом гурмане, страстном любителе орхидей и одном из самых великих сыщиков, описанных когда-либо в литературе, на этот раз поручает расследование запутанных преступлений частному детективу Текумсе Фоксу, округ Уэстчестер, штат Нью-Йорк.В уединенном лесном коттедже найдено тело Ридли Торпа, финансиста с незапятнанной репутацией. Энди Грант, накануне убийства посетивший поместье Торпа и первым обнаруживший труп, обвиняется в совершении преступления. Нэнси Грант, сестра Энди, обращается к Текумсе Фоксу, чтобы тот снял с ее брата обвинение в несовершённом убийстве. Фокс принимается за расследование («Смерть дублера»).Очень плохо для бизнеса, когда в банки с качественным продуктом кто-то неизвестный добавляет хинин. Частный детектив Эми Дункан берется за это дело, но вскоре ее отстраняют от расследования. Перед этим машина Эми случайно сталкивается с машиной Фокса – к счастью, без серьезных последствий, – и девушка делится с сыщиком своими подозрениями относительно того, кто виноват в порче продуктов. Виновником Эми считает хозяев фирмы, конкурирующей с компанией ее дяди, Артура Тингли. Девушка отправляется навестить дядю и находит его мертвым в собственном офисе… («Плохо для бизнеса»)Все началось со скрипки. Друг Текумсе Фокса, бывший скрипач, уговаривает частного детектива поучаствовать в благотворительной акции по покупке ценного инструмента для молодого скрипача-виртуоза Яна Тусара. Фокс не поклонник музыки, но вместе с другом он приходит в Карнеги-холл, чтобы послушать выступление Яна. Концерт проходит как назло неудачно, и, похоже, всему виной скрипка. Когда после концерта Фокс с товарищем спешат за кулисы, чтобы утешить Яна, они обнаруживают скрипача мертвым – он застрелился на глазах у свидетелей, а скрипка в суматохе пропала («Разбитая ваза»).
Он позвал сюда мисс Грант для конфиденциальной беседы… А на самом деле хочет попросить ее соврать, будто в момент выстрела она видела меня стоящим за розами, чтобы меня не смогли обвинить в убийстве собственного отца! Такими вот делишками они…
Вскипев, Фуллер было задергался, но Макэлрой схватил его за лацкан пиджака:
– Спокойно, Клинт. Мальчик немного расстроен, и…
– О да! – с жаром подтвердил Джеффри. – Расстроен – это еще слабо сказано!
Нэнси тихо возразила:
– Но ведь он не просил меня солгать, мистер Торп.
– Конечно не просил! – заявил Фуллер. – Я всего лишь хотел точно установить, видели вы его или нет.
– Короче, не видела! – отрезал Джеффри. – Вы же мой адвокат? Отлично! Алиби у меня отсутствует, а копам известно, что я не любил своего отца, что на меня вот-вот свалится огромное наследство, что я хотел денег, а он их мне не давал. Вот и займитесь своим делом.
С этими словами он стремительно развернулся и широким шагом направился к дальнему краю террасы, пропустив мимо ушей оклик Фуллера:
– Джеффри! Я еще хотел спросить…
– Оставь его в покое, – посоветовал Макэлрой. – Мальчик расстроен. Мы поговорим с ним, когда закончим с мисс Грант и Фоксом.
– Боюсь, меня вам тоже придется отложить на потом, – заметил Фокс. – Мне нужно как можно быстрее разыскать миссис Пембертон и договориться, чтобы меня не вышвырнули отсюда. Вы, случайно, не знаете, где она сейчас?
– Вон там, на лужайке, – сказала Нэнси. – Я видела ее, когда проходила мимо минут десять назад.
– Огромное вам спасибо. Еще увидимся, – пообещал Фокс и оставил их.
Миссис Пембертон он нашел сидящей на траве в тени деревьев, которые не позволили ему увидеть ее, когда он выглянул из бокового входа.
– Забудьте про этикет, Кестер. Только англичане переодеваются к обеду, когда корабль уже идет на дно.
– Тогда и я не стану извиняться, что прервал вашу беседу, – сказал Фокс. – Вы англичанин, Кестер?
– Нет, – коротко ответил он, не посчитав нужным сообщить более подробные сведения о себе. – Вы хотели что-то у меня спросить?
– Ничего конкретного.
– Если разговор срочный, – сказала Миранда, – не сомневаюсь, Вон немедленно отпустит меня.
– Разумеется, – натянуто произнес Кестер.
– Что ж, – начал Фокс, – боюсь, дело неотложное. Если мы не поговорим сейчас, может статься, что не поговорим вовсе. Дервин заявил, что я слишком много болтаю, и велел мне убраться отсюда.
– Миранда, я присмотрю за тем, чтобы все было сделано именно так, как вы хотите.

















