Смерть дублера
Рекс Стаут, создатель знаменитого цикла детективных произведений о Ниро Вулфе, большом гурмане, страстном любителе орхидей и одном из самых великих сыщиков, описанных когда-либо в литературе, на этот раз поручает расследование запутанных преступлений частному детективу Текумсе Фоксу, округ Уэстчестер, штат Нью-Йорк.В уединенном лесном коттедже найдено тело Ридли Торпа, финансиста с незапятнанной репутацией. Энди Грант, накануне убийства посетивший поместье Торпа и первым обнаруживший труп, обвиняется в совершении преступления. Нэнси Грант, сестра Энди, обращается к Текумсе Фоксу, чтобы тот снял с ее брата обвинение в несовершённом убийстве. Фокс принимается за расследование («Смерть дублера»).Очень плохо для бизнеса, когда в банки с качественным продуктом кто-то неизвестный добавляет хинин. Частный детектив Эми Дункан берется за это дело, но вскоре ее отстраняют от расследования. Перед этим машина Эми случайно сталкивается с машиной Фокса – к счастью, без серьезных последствий, – и девушка делится с сыщиком своими подозрениями относительно того, кто виноват в порче продуктов. Виновником Эми считает хозяев фирмы, конкурирующей с компанией ее дяди, Артура Тингли. Девушка отправляется навестить дядю и находит его мертвым в собственном офисе… («Плохо для бизнеса»)Все началось со скрипки. Друг Текумсе Фокса, бывший скрипач, уговаривает частного детектива поучаствовать в благотворительной акции по покупке ценного инструмента для молодого скрипача-виртуоза Яна Тусара. Фокс не поклонник музыки, но вместе с другом он приходит в Карнеги-холл, чтобы послушать выступление Яна. Концерт проходит как назло неудачно, и, похоже, всему виной скрипка. Когда после концерта Фокс с товарищем спешат за кулисы, чтобы утешить Яна, они обнаруживают скрипача мертвым – он застрелился на глазах у свидетелей, а скрипка в суматохе пропала («Разбитая ваза»).
Пальцы Эми судорожно сжались на дверной ручке, но мужчина этого не видел.
– Этого еще не хватало… – прохрипела она, почувствовав, что надо было прокашляться, прежде чем пытаться что-то сказать.
– Добрый день. – Мужчина снял шляпу и посмотрел на Эми с улыбкой, которую можно было бы счесть застенчивой, если бы этому не противоречили все прочие детали его облика. Правда, из-за большого рта и носа, слишком широкого, чтобы его можно было назвать аристократическим, мужчина вряд ли был бесспорным красавцем, но представительным – это точно. Однако в его осанке, широких плечах и походке чувствовалась уверенность, но без агрессивности.
Эми успела откашляться и по-прежнему крепко держалась за дверную ручку.
– Да, наверное, – признала она. – То есть полдень действительно позади. Но я считала тебя большим начальником. Не говори, что разносишь еду и напитки по домам.
– Какое миленькое платье, – сказал мужчина. – Я смогу лучше его разглядеть внутри, где света побольше. Хочу лишь… Я не задержу тебя надолго.
– Конечно не задержишь, – согласилась Эми, пропуская мужчину в квартиру, а затем закрыла дверь и выразительно посмотрела на свои часики.
"– Если у меня всего минута, – оборвал он Эми, – я хочу провести ее с пользой. Что случилось?
– Случилось? – улыбнулась она. – Ну как же, Норвегия высадила немецких пиратов с борта «Города Флинт»[6], интернировала их, а президент Рузвельт…
– Прошу тебя! – взмолился мужчина уже без улыбки.
– Ни в коем случае! – Полные упрека глаза мужчины молили, чтобы Эми посмотрела на него. Эми встретила его взгляд, от души надеясь, что сохранила в своих глазах веселую искорку. – Даже не мечтала смеяться над одним из самых талантливых, искусных…
– Вот, значит, как? – Мужчина шагнул ближе. – Не знаю, насколько я талантлив или искусен, но в рабочее время дел у меня всегда по горло. Ты не вообразила, случайно, будто у меня привычка такая – сбегать с работы посреди бела дня, чтобы упрашивать девушку пойти со мной на стадион?
– Конечно же нет, – рассмеялась Эми.
– Прости. Я пришел потому… ну… для меня это важно. Ты важна то есть. Ты звонишь и мимоходом объявляешь, что не сможешь пообедать со мной завтра, а в субботу не пойдешь на игру. Говоришь, возникли неотложные дела, но не объясняешь какие. Заикнулась только…
– Я не заикалась!
– Ну, я не это имел в виду.

















