Смерть дублера

В-третьих, отвези ее в больницу, которой пытаешься командовать, и уложи в постель. Нет, не я. Когда я бью дам по голове, они приземляются в Китае. Уже выбегаешь? Прекрасно! Огромное спасибо! Завтра увидимся. – Отодвинув телефон, Фокс развернулся к Эми. – Так. Я говорил с доктором Клементом Вейлом, и он будет здесь в течение получаса. Никому не сообщайте, куда направляетесь. Беседу с копами оставим на завтра, сейчас вы не в той форме. Доктор Вейл хорош собой и умеет сочувствовать пациентам, но вы не должны никому ничего говорить, пока не увидитесь со мной, что возможно не раньше завтрашнего утра.

Что касается лично вас, обстоятельства могут сложиться по-всякому. Дела могут принять дурной оборот, а вы так и отделаетесь легким испугом. Даже захоти мы делать вид, что вас там не было… откровенно говоря, не советую, такие вещи редко сходят с рук… это вряд ли получится, со всеми вашими поездками на такси и оставленной сумочкой. На той двери в «Лакомствах от Тингли» замок, случайно, не с защелкой?

– Но вы… вы же не собираетесь…

– Кому-то придется. Не задерживайте меня. Так дверь закрыта?

– Нет… Кажется, я даже не подумал ее закрыть… распахнута настежь…

– Хорошо.

Фокс забрал с кресла свои пальто и шляпу. Эми, запинаясь, выдавила:"

"– Не знаю, что и сказать… То есть вчера мне хватило нахальства просить вас о помощи, и вот теперь…

– Забудьте! Мне нравится мое ремесло. К тому же мне выпал отличный шанс отодвинуть вице-президента «Пи энд би» на задний план. Помимо всего прочего, пусть сумочка исчезла, вы явно не на мели. На столе лежат девять долларов и тридцать центов.

– У меня отложено немного денег.

– Тем лучше для вас.

Запомните: никаких разговоров, пока я не разрешу. Увидимся завтра утром.

Он оставил Эми приходить в себя, нашел внизу консьержа и, сунув ему доллар, попросил впустить доктора Вейла. Дождь лил не переставая, но машина ждала Фокса прямо у подъезда. Три поворота спустя он наконец выехал на Седьмую авеню, по которой направился на север. Будь с ним в машине кто-нибудь из друзей или помощников, они ощутили бы покалывание от предвкушения грядущих важных событий: Фокс принялся выводить мелодию «Парада оловянных солдатиков». Дворники на ветровом стекле помогали, отщелкивая ритм: «Ладе-да тум-тум, ладе-да тум-тум…», пока «везерилл» ехал в центр города.

В окрестностях фабрики Тингли улица казалась совершенно пустой, обезлюдевшей под проливным дождем. Фокс припарковался прямо напротив парадного крыльца, достал из отсека для мелочей пистолет и фонарик, сунул первый в карман, зажав второй в руке, выбрался из машины под холодные струи и бегом пересек тротуар. Но сначала он направился к темному проезду для грузовых машин, чуть правее главного входа.