Смерть дублера
Рекс Стаут, создатель знаменитого цикла детективных произведений о Ниро Вулфе, большом гурмане, страстном любителе орхидей и одном из самых великих сыщиков, описанных когда-либо в литературе, на этот раз поручает расследование запутанных преступлений частному детективу Текумсе Фоксу, округ Уэстчестер, штат Нью-Йорк.В уединенном лесном коттедже найдено тело Ридли Торпа, финансиста с незапятнанной репутацией. Энди Грант, накануне убийства посетивший поместье Торпа и первым обнаруживший труп, обвиняется в совершении преступления. Нэнси Грант, сестра Энди, обращается к Текумсе Фоксу, чтобы тот снял с ее брата обвинение в несовершённом убийстве. Фокс принимается за расследование («Смерть дублера»).Очень плохо для бизнеса, когда в банки с качественным продуктом кто-то неизвестный добавляет хинин. Частный детектив Эми Дункан берется за это дело, но вскоре ее отстраняют от расследования. Перед этим машина Эми случайно сталкивается с машиной Фокса – к счастью, без серьезных последствий, – и девушка делится с сыщиком своими подозрениями относительно того, кто виноват в порче продуктов. Виновником Эми считает хозяев фирмы, конкурирующей с компанией ее дяди, Артура Тингли. Девушка отправляется навестить дядю и находит его мертвым в собственном офисе… («Плохо для бизнеса»)Все началось со скрипки. Друг Текумсе Фокса, бывший скрипач, уговаривает частного детектива поучаствовать в благотворительной акции по покупке ценного инструмента для молодого скрипача-виртуоза Яна Тусара. Фокс не поклонник музыки, но вместе с другом он приходит в Карнеги-холл, чтобы послушать выступление Яна. Концерт проходит как назло неудачно, и, похоже, всему виной скрипка. Когда после концерта Фокс с товарищем спешат за кулисы, чтобы утешить Яна, они обнаруживают скрипача мертвым – он застрелился на глазах у свидетелей, а скрипка в суматохе пропала («Разбитая ваза»).
Фокс подошел к столу, за которым несла вахту мисс Лараби, и склонился над ней так, словно недавняя сценка с участием мисс Дункан выработала у него устойчивую привычку; однако, вместо того чтобы поцеловать секретаршу Коллинза, он всего лишь шепнул ей на ушко:
– Все это время он так и сидел тут?"
"Мисс Лараби, очевидно, не была расположена шептать или мурлыкать что-либо в мужское ухо. Не задумываясь и не меняясь в лице, она повернулась к своей пишущей машинке, заправила туда чистый лист бумаги, бойко отстучала несколько строк и, высвободив лист, вручила Фоксу. Тот прочел:
20 мин.
– Благодарю, – улыбнулся Фокс, сложил бумагу и сунул в карман. – Если появятся какие-то новости, я обязательно дам знать. – После чего направился к Леонарду Клиффу. – Мистер Клифф, там, в кабинете, вы упомянули, говоря о постороннем вмешательстве в производство у Тингли, что подозреваете «Консолидейтед сирилз», потому что вам известны их методы.
Опустив раскрытую газету на колени, Клифф ответил ему кивком:
– Упомянул, не сдержался.
– Так и поступлю, то есть не стану разглашать сведения, еще не ставшие общим достоянием. Когда в понедельник мы говорили с Артуром Тингли, он тоже обмолвился насчет «Консолидейтед сирилз». Это какие-то особо крупные ваши конкуренты?
– Пока нет. Хотя они… – Клифф запнулся, но, пожав плечами, продолжил говорить: – В конечном счете это вам скажет любой серьезный участник нашего рынка. Примерно год назад Гатри Джадд из «Метрополитен траст» взял измором «Консолидейтед сирилз» и подмял под себя.
– Нет, но до меня доходили слухи.
– Тогда мне не придется их пересказывать. Сказав, что знаю методы работы «Консолидейтед сирилз», я имел в виду, что знаю, как работает Гатри Джадд.
– Понимаю. Вы будете завтра в своем офисе?
– Непременно.
– Тогда, возможно, я загляну поболтать. Премного благодарен.
Фокс спустился, вышел на улицу, где сумерки раннего ноября уже успели сгуститься, изображая глубокую ночь, и, лавируя между прохожими, быстрым шагом добрался до Мэдисон-авеню, после чего миновал еще шесть кварталов в северном направлении и вошел в вестибюль еще одного офисного здания, где сверился с табличкой-указателем.
БОННЕР и РАФФРЕЙ
детективное агентство
За дверью скрывалась маленькая красивая приемная, являвшая собой прямую противоположность приемной «Лакомств от Тингли».

















