Смерть дублера
Рекс Стаут, создатель знаменитого цикла детективных произведений о Ниро Вулфе, большом гурмане, страстном любителе орхидей и одном из самых великих сыщиков, описанных когда-либо в литературе, на этот раз поручает расследование запутанных преступлений частному детективу Текумсе Фоксу, округ Уэстчестер, штат Нью-Йорк.В уединенном лесном коттедже найдено тело Ридли Торпа, финансиста с незапятнанной репутацией. Энди Грант, накануне убийства посетивший поместье Торпа и первым обнаруживший труп, обвиняется в совершении преступления. Нэнси Грант, сестра Энди, обращается к Текумсе Фоксу, чтобы тот снял с ее брата обвинение в несовершённом убийстве. Фокс принимается за расследование («Смерть дублера»).Очень плохо для бизнеса, когда в банки с качественным продуктом кто-то неизвестный добавляет хинин. Частный детектив Эми Дункан берется за это дело, но вскоре ее отстраняют от расследования. Перед этим машина Эми случайно сталкивается с машиной Фокса – к счастью, без серьезных последствий, – и девушка делится с сыщиком своими подозрениями относительно того, кто виноват в порче продуктов. Виновником Эми считает хозяев фирмы, конкурирующей с компанией ее дяди, Артура Тингли. Девушка отправляется навестить дядю и находит его мертвым в собственном офисе… («Плохо для бизнеса»)Все началось со скрипки. Друг Текумсе Фокса, бывший скрипач, уговаривает частного детектива поучаствовать в благотворительной акции по покупке ценного инструмента для молодого скрипача-виртуоза Яна Тусара. Фокс не поклонник музыки, но вместе с другом он приходит в Карнеги-холл, чтобы послушать выступление Яна. Концерт проходит как назло неудачно, и, похоже, всему виной скрипка. Когда после концерта Фокс с товарищем спешат за кулисы, чтобы утешить Яна, они обнаруживают скрипача мертвым – он застрелился на глазах у свидетелей, а скрипка в суматохе пропала («Разбитая ваза»).
Разбитая ваза
Глава 1В тот промозглый мартовский вечер за кулисами Карнеги-холла кружили предательские сквозняки, которые в былые времена заставляли разгоряченных Падеревского, Хейфеца[15] или Шаляпина стремительно укрываться в гримерке, а бдительную прислугу Мелбы или Зембрих[16] ждать у выхода со сцены с горностаевой накидкой наготове, чтобы набросить ее на обнаженные влажные плечи пышущей жаром дивы. Это, разумеется, происходило только перед антрактом или окончанием представления. Теперь же часы показывали лишь четверть девятого, и на огромной пустой сцене пока не случилось ничего такого, что заставило бы сильного мужчину покрыться бисеринами пота.
Следует признать, однако, что Ян Тусар, которому через пятнадцать минут предстояло выйти на сцену с инструментом в руках, чтобы доказать свое право стоять там, где когда-то стояли Изаи и Крейслер[18], в этот момент не выглядел особенно сильным.
Некий мужчина успел заступить ей дорогу, и она, пожав плечами, метнула желчный взгляд в широкую спину, выросшую между ней и испуганным скрипачом.
Ян Тусар сфокусировал взгляд на лице мужчины, но ничего не сказал.
– Возвращайся в гримерную и посиди там, – положив на плечо скрипачу пухлую белую руку, сказал мужчина с нажимом в голосе, в котором чувствовалось раздражение, несмотря на очевидное желание поддержать и посочувствовать."
"Мужчина был одного роста с Тусаром, но гораздо массивнее и вдвое старше, где-то за пятьдесят. Хорошо упитанный и холеный, в элегантном вечернем костюме, он прекрасно вписался бы в любое общество. Его рука на плече скрипача лежала легко, но твердо.
– Так не пойдет, Ян.

















