Смерть дублера
Рекс Стаут, создатель знаменитого цикла детективных произведений о Ниро Вулфе, большом гурмане, страстном любителе орхидей и одном из самых великих сыщиков, описанных когда-либо в литературе, на этот раз поручает расследование запутанных преступлений частному детективу Текумсе Фоксу, округ Уэстчестер, штат Нью-Йорк.В уединенном лесном коттедже найдено тело Ридли Торпа, финансиста с незапятнанной репутацией. Энди Грант, накануне убийства посетивший поместье Торпа и первым обнаруживший труп, обвиняется в совершении преступления. Нэнси Грант, сестра Энди, обращается к Текумсе Фоксу, чтобы тот снял с ее брата обвинение в несовершённом убийстве. Фокс принимается за расследование («Смерть дублера»).Очень плохо для бизнеса, когда в банки с качественным продуктом кто-то неизвестный добавляет хинин. Частный детектив Эми Дункан берется за это дело, но вскоре ее отстраняют от расследования. Перед этим машина Эми случайно сталкивается с машиной Фокса – к счастью, без серьезных последствий, – и девушка делится с сыщиком своими подозрениями относительно того, кто виноват в порче продуктов. Виновником Эми считает хозяев фирмы, конкурирующей с компанией ее дяди, Артура Тингли. Девушка отправляется навестить дядю и находит его мертвым в собственном офисе… («Плохо для бизнеса»)Все началось со скрипки. Друг Текумсе Фокса, бывший скрипач, уговаривает частного детектива поучаствовать в благотворительной акции по покупке ценного инструмента для молодого скрипача-виртуоза Яна Тусара. Фокс не поклонник музыки, но вместе с другом он приходит в Карнеги-холл, чтобы послушать выступление Яна. Концерт проходит как назло неудачно, и, похоже, всему виной скрипка. Когда после концерта Фокс с товарищем спешат за кулисы, чтобы утешить Яна, они обнаруживают скрипача мертвым – он застрелился на глазах у свидетелей, а скрипка в суматохе пропала («Разбитая ваза»).
У Дона Картера в Саут-Норуолке я взял напрокат катер и, отплыв к безлюдной полоске берега, усадил в него Люка с Кестером. Это произошло сегодня утром, около одиннадцати. Весь день мы бороздили пролив, обыскивая оба берега…
Торп громко фыркнул:
– Мы весь день простояли на якоре в бухточке неподалеку от Порт-Джефферсона, у всех на виду…
– Значит, мы могли не заметить вас, проплыв мимо во время грозы. Прошу прощения. Мы чуть не утонули. В половине седьмого мы причалили к набережной в Саутпорте, потому что мне нужно было срочно позвонить парню, который ждал меня в машине в Саут-Норуолке.
– Вы были арестованы, будучи уличены в укрывательстве беглецов от правосудия! – негодуя, просипел Дервин.
– Помилуй боже! – поморщился Фокс. – Кто же отправляется собирать ракушки в час прилива? Никакие они не беглецы от правосудия. Люк и Кестер отчаянно пытались найти Торпа, чем вы и сами могли бы заняться, если бы сумели верно оценить мой намек по радио. Жалею только, что не нашел Торпа сам и не доставил прямо сюда, в ваши объятия.
– Да, в Порт-Джефферсоне. И сразу увидел газетные заголовки… Господь всевышний, это еще что?!
Вздрогнув, все обернулись, но в тот же момент все было кончено. Шорох у одного из открытых окон; чье-то ехидное лицо; протянутая в помещение мужская рука; неопределенный предмет, блестящий отражением в полированной линзе, а затем внезапный хлопок и слепящая вспышка. Миранда взвизгнула в прижатую к губам ладонь.
– Беги, лови его! Выставь там охрану! Ей-богу, фотографы уже лазают по стенам, как мартышки! Или, может, пожарные одолжили ему лестницу?
– Вы явно нервничаете, – сочувственно сказал ему Фокс. – Подпрыгнули на целых три фута…
– Да ну, неужели правда? Нервничаю, да?
– Еще как нервничаете, и я вас не виню. Вскоре вас ждет вселенский хохот, ведь вы вовсю расследовали убийство, когда дверь открылась и вошел убитый. Подумайте, до чего вам было бы спокойнее, не разозли вы меня вчера.
"– Он и без того свободен. Вышел под залог… – Дервин обогнул свой стол, не спеша сел, обвел хмурым взглядом собравшихся в кабинете и остановил его на возмущенном лице Ридли Торпа; у окружного прокурора дрогнула челюсть, но он сумел взять себя в руки. – Мистер Торп, – начал он, – вы ведете дела поистине с широким размахом, я считаю вас фигурой общенационального масштаба.

















