Смерть дублера
Рекс Стаут, создатель знаменитого цикла детективных произведений о Ниро Вулфе, большом гурмане, страстном любителе орхидей и одном из самых великих сыщиков, описанных когда-либо в литературе, на этот раз поручает расследование запутанных преступлений частному детективу Текумсе Фоксу, округ Уэстчестер, штат Нью-Йорк.В уединенном лесном коттедже найдено тело Ридли Торпа, финансиста с незапятнанной репутацией. Энди Грант, накануне убийства посетивший поместье Торпа и первым обнаруживший труп, обвиняется в совершении преступления. Нэнси Грант, сестра Энди, обращается к Текумсе Фоксу, чтобы тот снял с ее брата обвинение в несовершённом убийстве. Фокс принимается за расследование («Смерть дублера»).Очень плохо для бизнеса, когда в банки с качественным продуктом кто-то неизвестный добавляет хинин. Частный детектив Эми Дункан берется за это дело, но вскоре ее отстраняют от расследования. Перед этим машина Эми случайно сталкивается с машиной Фокса – к счастью, без серьезных последствий, – и девушка делится с сыщиком своими подозрениями относительно того, кто виноват в порче продуктов. Виновником Эми считает хозяев фирмы, конкурирующей с компанией ее дяди, Артура Тингли. Девушка отправляется навестить дядю и находит его мертвым в собственном офисе… («Плохо для бизнеса»)Все началось со скрипки. Друг Текумсе Фокса, бывший скрипач, уговаривает частного детектива поучаствовать в благотворительной акции по покупке ценного инструмента для молодого скрипача-виртуоза Яна Тусара. Фокс не поклонник музыки, но вместе с другом он приходит в Карнеги-холл, чтобы послушать выступление Яна. Концерт проходит как назло неудачно, и, похоже, всему виной скрипка. Когда после концерта Фокс с товарищем спешат за кулисы, чтобы утешить Яна, они обнаруживают скрипача мертвым – он застрелился на глазах у свидетелей, а скрипка в суматохе пропала («Разбитая ваза»).
– Безусловно, – согласился Дэн и постучал пальцем по снимку, который держал в руке. – Знаешь, эта штука – важная улика. Фоксу не стоило оставлять ее без присмотра. К счастью, я вспомнил, что он оставил ее здесь…
– Это не улика, – звенящим голосом заверила его Нэнси. – Я представила мистеру Фоксу подробные сведения о том, как фотография оказалась у мистера Торпа. Может, стоит и вам это объяснить?
– Вообще-то, ты не обязана, но если пожелаешь…
– Что-то не хочется.
– Как скажешь.
– Вы намерены настаивать на том, что мое фото в вещах мистера Торпа как-то вас касается?
– Нет.
– Особенно если мои объяснения полностью устроили мистера Фокса?
– Как скажешь.
В сердцах Нэнси топнула ногой:
– Так и будете стоять, повторяя как заведенный: «Как скажешь»? Перестаньте!
– Ладно.
– И миссис Тримбл не отправляла вас сюда раскладывать полотенца!
– В этом я уже сознался.
– Так что же вы, – смерила его насмешливым взглядом Нэнси, – почему сразу не сказали, что пробрались сюда только ради удовольствия увидеть мой снимок? Это было бы для меня очень лестно! Я бы задрожала тогда от удовольствия!
– Ты и без того дрожишь.
– Я не дрожу! А если и так, уверяю, не от удовольствия! И даже если вы явились сюда прибрать к рукам то, что считаете уликой, я этому рада, потому что могу вежливо попросить вас кое о чем. Буду весьма признательна, если в будущем вы не станете рассуждать вслух о вещах, в которых не разбираетесь. Я имею в виду ваши недавние замечания насчет моих… моих сугубо личных дел…
– Я всего лишь дал совет! – возразил Дэн. – Мне показалось, ты хватила через край. Если разыграть партию по всем правилам, он наверняка закончит тем, что предложит тебе руку и сердце…
– Уже предложил.
– Тогда дрожала ты определенно от удовольствия. Поздравляю!
– Огромное вам спасибо.
– Я сказал: «Поздравляю».
– А я ответила: «Спасибо».
– То есть ты… – Спохватившись, Дэн захлопнул рот.
– Что я?
– Ничего. Думаю, советы были излишними. Поздравляю.
– Повторяетесь. Вы меня уже поздравили.
– Было дело, – согласился Дэн и вновь потыкал пальцем в снимок. – Пойду отнесу Фоксу.
Он двинулся к двери, сделав крюк, чтобы случайно не задеть Нэнси даже рукавом. Но, взявшись за дверную ручку, Дэн все же обернулся:
– Когда-нибудь я пожелаю тебе счастья.
Он вышел прежде, чем Нэнси успела ответить, хотя, по всей видимости, молчать не собиралась. Несколько долгих секунд она простояла с открытым ртом, глядя на захлопнувшуюся дверь.
– Вот что бывает, – наконец тихо проронила она, – когда съедаешь шесть порций мороженого за пять часов. После этого даже басы не выдерживают!
Нэнси подошла к зеркалу и, решив, что ее лицо слишком раскраснелось, направилась в ванную.

















