Софья. Другой Мир 2

Возле внедорожника уже стоял Василий. Его поза говорила о готовности бежать и спасать то ли меня, то ли Михаила.

Приблизившись, взглянула на слугу. Быстро открыв дверцу, тот подал мне руку. Удостоверившись в моем удобстве, сел за руль. Через несколько мгновений мы выехали из ворот.

Прислонившись виском к приятно пахнущей коже подголовника, я невидящим взглядом смотрела в окно. Освободиться удалось только от избытков холода. Ледяная стужа никуда не ушла. Казалось, она теперь навечно поселилась где-то внутри.

За время в пути мой умный, верный слуга не задал ни единого вопроса.

Подъехав к дому, воин заглушил двигатель и, все же не выдержав, тихонько поинтересовался:

— Госпожа, как вы себя чувствуете? Выплеск сил был слишком мощный.

Пристально посмотрев в тревожно-заботливые глаза, коротко улыбнулась. Отвечая самой себе и совсем на другой вопрос, негромко сказала:

— Выживу. Не впервой.

Глава 27

Заложив руки за спину, светлейший князь Южный стоял подле большого окна. И задумчиво хмурился, глядя на фонари, освещающие изысканный внутренний двор летней резиденции императорской семьи.

Четвертый день томительного ожидания шел к исходу, но государь так и не назначил время аудиенции. Впрочем, император и прежде, срочно вызывая к себе, мог заставлять ждать по двое-трое суток. В таких ситуациях Игорь не роптал и всегда старался распоряжаться временем с пользой.

Во-первых, конечно же, работал удаленно. А во-вторых, собирал информацию о дворцовой жизни. Лакеи знали практически все и даже чуть больше. За долгие годы у князя Разумовского среди придворной обслуги появились верные глаза и уши.

Донесения в этот раз были весьма и весьма тревожные.

И дело не в том, что в кулуарах обсуждали крайне неприятную историю, произошедшую с Михаилом и архитектором императора. Тут-то Игорь особой опасности для репутации своего рода не видел. Пошепчутся и перестанут.

Он, как глава рода, уже все для этого сделал: сотрудники его спецслужб постоянно следили за информацией в сети, и фото и видео больше не мелькали; родственникам погибших охранников выплатили значительные суммы, а также по приказу князя назначили внушительные пенсии.

Раненные воины выздоравливали. Им тоже выплатили щедрые компенсации «за верную службу». Даже архитектор вчера к вечеру уже вышел из комы и удивительно бодро поправлялся. С ним еще предстояло серьезно пообщаться. Все же вина в произошедшем не только Михаила, но и «государева человека».

Игорь обоснованно сомневался, что император так уж сильно беспокоится об этом происшествии. У его величества сейчас совсем иные горькие думы. И они гораздо важнее тревоги о самочувствии одного из временных любимчиков.