Софья. Другой Мир 2

Не показывая, что ее могли обидеть эти язвительные слова, невозмутимо сказала:

— Благодарю за рекомендации. Смотрите, чтобы у вас самой аллергии не было.

— Поверьте мне, дорогая, — саркастически протянула Юлия, запуская указательный палец в баночку, — на элитную косметику аллергии не бывает. Хотя вам — то откуда знать. Это я к ней привыкла. Вы же, очевидно, с детства к другому приучены.

Она подошла к зеркалу и начала сноровистыми движениями наносить крем на кожу. Пройдясь пальчиком по бровям, насмешливым, торжествующим взглядом посмотрела на Катеньку и небрежно выкинула баночку в стоящую рядом небольшую урну.

Подруга неторопливо встала. Неожиданно улыбнувшись, она абсолютно спокойным тоном произнесла:

— Не все привычки приносят пользу, Юлия. Будьте с ними аккуратнее. Это мой вам добрый совет, — а потом, не обращая внимания на озадаченную Лемешеву, подошла ко мне. Закинув рюкзак на спину, поправила лямки и довольно громко сказала: — Я готова. Пойдем?

Одно долгое мгновение я смотрела на спокойное, даже можно сказать безмятежное лицо подруги. Должна ли я как — то отреагировать на отвратительное поведение Лемешевой? Не думаю.

Самойлова выбрала свою дорогу. Взрослая девушка, пусть и бедная, но дворянка, она даже не попыталась защитить свою честь и достоинство! Заступаться за нее у меня абсолютно не было желания.

А Катенька… Та действовала целенаправленно и хладнокровно разыграла все представление, как по нотам. Очевидно, подруга что — то положила взамен хорошего крема. Но что? Выйдем — узнаю.

Не произнеся ни слова, я грациозно встала. Встретившись с внимательно — настороженным взглядом Стрелецкой, коротко усмехнулась и вместе с Катей неторопливо вышла из комнаты.

Девушки — одноклассницы проводили нас глазами. Кое в чьих я замечала даже сочувствие и тревогу. С Катенькой многие хорошо общались, однако сейчас предпочли промолчать: у каждой на то были свои причины.

Неторопливо пройдя через школьный двор, мы сели в ожидающий нас автомобиль. Как только машина выехала со стоянки, я взглянула на подругу и спросила:

— Что было в банке?

— Сверху тоненький слой твоего дорогущего крема, а после… агрессивный крем для депиляции, — отозвалась она и со злорадством улыбнулась.

Качнув головой, я едва слышно хмыкнула.

Подруга выбрала довольно изощренный способ мести: брови у Лемешевой за день точно не отрастут. Да вот только… дай — то бог, чтобы последствий у самой Катеньки не было.

Не разделяя веселья подруги, я перевела задумчивый взгляд в окно. Осуществляя месть за себя, а заодно и за Самойлову, Катенька, казалось, продумала все до мелочей. Она даже вспомнила о привычках той, которая видимо доставала их больше других — Лемешевой. Но, боюсь, не все учла.

Отец Юлии Лемешевой очень влиятельный человек.