Страшная сказка (не)для Золушки

Меня это, к слову, тоже очень заводит, как и запах свежей крови.

– Нет! НЕ-ЕТ! Хватит!

Конечно, я пыталась отбиваться и дёргаться, как и извиваться под этой неподъёмной тушей, срываясь на визг и выкрикивая без разбору всё, что приходило тогда на ум. Или даже не на ум, а что само срывалось с языка, будто вспыхивающими на чистых условных рефлексах словесными триггерами. Только это мало чем помогало. Винсенте не обращал на все мои потуги вообще никакого внимания, а может даже и наслаждался моим беспомощным трепыханием. Причём надетое кем-то на меня платье он и не думал снимать, просто взял и разорвал его лиф на моей груди и продолжал его рвать, пока вытягивал зажатый между нами подол юбки.

После чего перехватил мои руки и запрокинул их мне за голову, прижимая к полу запястьями всего лишь одной своей увесистой ладошкой.

– Охренеть! Как же долго я мечтал об этом. Касаться тебя, трогать, ласкать и, блядь, трахать!.. Моя богиня…

Моя попытка снова под ним забиться и как-то выкрутиться, ни к чему существенному не привела, особенно после того, как он накрыл мою грудь второй ладонью и жёстко до боли сжал её вместе с чашечкой лифчика. А потом нагнулся и лизнул мои губы, вскоре попытавшись добраться до моих трусиков и стянуть их с моего таза.

– Боже праведный. Какая же ты сладкая и наконец-то моя.

Я всё равно не оставляла попыток кричать, звать на помощь и дёргаться под ним, хотя побороть этого исполина и тем более сбросить с себя было просто нереально. А уж что говорить про его «ласки», от которых меня буквально передёргивало и тошнило до дикого головокружения. Но все мои сопротивления, казалось, заводили его ещё больше.

– Да, Вэл! Да! Не останавливайся. Будешь так же извиваться на моём члене, то я точно кончу раньше времени.

– Прекрати! Умоляю! Хватит!

Наверное, действительно прошла целая вечность этого невыносимого кошмара, и я точно успела за это время и свихнуться, как и пережить несколько нервных срывов. Но вот чего я не могла себе позволить – так это сдаться. Уж лучше сдохнуть, чем дать этому ублюдку сделать то, что он так жаждал со мной сотворить. И, похоже, я собиралась и в самом деле сопротивляться до последнего, пока у меня были хоть какие-то силы и хоть какая-то, пусть и ничтожная, но надежда.

– Грёбаный выблядок! Ты в конец свои мозги просрал или банально захотел распрощаться со своей отбитой головой?"

"Нет, я ни черта не поняла из того, что вскоре услышала. Вернее, добравшееся до моего контуженного сознания хриплым, почти звериным рычанием мужского голоса и на итальянском. Зато испытала неожиданный шок от резко исчезнувшей с меня тяжести мужского тела, словно кто-то сдёрнул с меня Винсенте Ди Маджио, как какую-нибудь невесомую пушинку.