Сокровища чистого разума

– Вы – инопланетники, – усмехнулся бдительный офицер.

– И поэтому мы не можем служить Его превосходительству? – поднял брови Бааламестре.

Толстяк с подозрением оглядел круглую рожу Каронимо, снова пожевал губами, словно подбирая подходящее случаю ругательство, но сдержался и продолжил в меру вежливо:

– Что исследуете?

– Это секретная информация, – пискнул из-за спины Бааламестре Мерса. Он ещё не понял, что с ходу от въедливого Дрибе не отделаться.

Несколько секунд лейтенант, Гатов и Каронимо изучали мгновенно поникшего Энди, после чего офицер развёл руками:

– А у меня за спиной мирный город.

Я не могу допускать в него столь подозрительных личностей.

Фраза отчётливо пахнула превентивным арестом.

– Вы сами только что сказали, что пропуск настоящий, – деликатно заметил Бааламестре. – И чернила с подписью.

– Вы могли забрать его у настоящих исследователей.

– Зачем? – поперхнулся Каронимо – настолько причудливого движения военной мысли он попросту не ожидал.

– Чтобы проехать тут.

– Мы что, похожи на бандитов?

– Ещё как!

– Как так?

– А вот так!

И обескураженному Бааламестре оставалось лишь руками развести.

Впрочем, основания для сомнений у военного были весьма весомые: во-первых, инопланетники; во-вторых, приехали внезапно, без предупреждения, на странной, но бронированной и крепко вооружённой машине, показали бумагу из канцелярии Его превосходительства, но сами больше похожи на свободян, нежели на честных подданных; в-третьих, инопланетники; в-четвертых, ничего не хотят рассказывать; в-пятых, инопланетники… Дрибе смущали все приехавшие. Изредка подающий голос Мерса, который на этот раз оказался Энди, держался позади с таким видом, словно лично виноват во всех менсалийских бедах, да ещё очки беспрестанно протирает – явно что-то замышляет.

Круглая и небритая физиономия Каронимо в голос намекала на удачный побег с каторги, представить эту рожу в государственном присутственном месте или хотя бы в казарме лейтенант не мог при всём желании. Что же касается Гатова, то он раздражал воспитанного в строгости Дрибе украшениями, выдающими человека несерьёзного, неумного, а может, и того хуже.

По всему выходило, что в глазах сурового провинциального толстяка экзотическая внешность путешественников могла похоронить даже авторитет с трудом добытого Эзрой пропуска, и понимание этого делало Энди растерянным, Каронимо – слишком громким, и хладнокровие пока сохранял только Павел.

– Могу я узнать, что вас беспокоит, синьор лейтенант?

– Почему вас не сопровождает трибердиец? – в лоб осведомился Дрибе, по-прежнему не отдавая пропуск.

– Потому что целью нашего путешествия является испытание боевой машины, которая вас так заинтересовала.