Стая

А то, что выходит за рамки привычного, всегда вызывает панический страх. Лунный волк, – как почтительно называли его серые, – никогда не отвечал. Стая за стаей, они просто выдыхались и, в конце концов, отставали. А на слабых не стоит тратить внимание.

Ночь. Пение цикад успокаивало. Белый волк лежал на берегу небольшой быстрой речки, холодные воды которой еще недавно утоляли его жажду, смывали с вздымающихся боков усталость и пыль. А сейчас они аккомпанировали беспрерывному треску, вырывающемуся из высокой травы. Зверь высунул язык, наслаждаясь покоем и ощущением остывающего после долгого бега тела. Дыхание постепенно умерило бешеный ритм. Волк облизнулся. Положил морду на лапы и медленно смежил веки.

Сон. Обрывки. Яркие ленты. Ржавые черепки. Крик, царапающий сердце, – «Нет!»

Хруст сухого листа. Волк встрепенулся и рывком сел. Уши ловили каждый шорох. Человек глубоко внутри успокаивающе шепнул, что показалось. Но зверь и ухом не повел. Нет, не показалось. Нос чуть подергивался, улавливая малейшие оттенки запахов влажного воздуха. Жаль, что нет ветра – верный друг всегда предупреждал седого волка о приближении других. Кто были эти другие – оставалось сейчас только гадать. Но они есть. И их явно несколько. Обходят.

Страха не было – огромному зверю было не ведомо это чувство. Но настороженность не покидала – это было что-то новое. Прежде никакое существо не могло вызвать в лунном волке таких ощущений.

«Люди… локки», – испуганно шепнул человек, укрывшийся где-то в глубине сердца.

Волк чуть удивился: люди? Разве могут эти неуклюжие, шумные, нетерпеливые существа двигаться почти бесшумно? Те из них, которых он встречал на своем пути, бледнели, кричали, пытались убежать. Руки их дрожали, оружие падало на землю, а страхом пахло так сильно, что помимо воли вырывался рык, а в груди росло желание убить. Но та малая часть его некогда была человеком и, наверное, знала больше о двуногих. Этого мира волк пока не ведал. А, значит, следовало быть настороже.

Нюха коснулось предупреждение. Нет. Это не люди. Белый волк поднялся на лапы и прижал уши. Звериный дух. Не агрессивный, просто предупреждающий. Он зашел на чужую территорию. Это было что-то новенькое. Ранее, стаи, которые он встречал, готовы были сложить к лапам нового вожака все, что имели.

Волки не спешили приближаться, но и не уходили. Они ждали ответа. Он или должен уйти, или вступить в бой с вожаком. Лунный волк тихо зарычал: он не привык отступать. И пусть это место принадлежит чужой стае. На берегу речки он чувствовал себя настолько комфортно, что готов был сражаться за землю. Странно, почему именно это место так приглянулось ему. Одно из тысяч похожих, но песня струй холодной воды была так созвучна некой печальной мелодии, льющейся из сердца.