Стань Звездой!

И не получилось добавить ничего не значащую фразу о съемках, репетиции и завтрашнем шоу.

Шоу закончилось, пора признать.

Курт и Зак переглянулись. Зак нахмурился, а Курт наоборот — широко улыбнулся и шагнул к Эрику, буквально силой отбирая у него сумку.

— Мой дорогой друг, отойдем на пару слов, — он обнял его за плечи и повел обратно в спальню.

Эрику отчаянно хотелось воспротивиться… и так же отчаянно не хотелось. Поэтому он позволил Курту увести себя и терпеливо дождался, когда тот плотно закроет дверь.

— Что она тебе сказала? — Курт прислонился к двери спиной, будто предупреждая попытки к бегству.

— Миссис Камерон? — переспросил Эрик, просто чтобы понять, сумеет ли вообще сказать хоть слово, или глотку окончательно свело спазмом. — Ничего, — он пожал плечами. — Просто назвала меня по имени, и, кажется, удивилась, увидев здесь.

— Ага, и поэтому ты собрал вещи и решил нас бросить, — Курт насмешливо вздернул бровь и вкрадчиво уточнил: — И она мисс Камерон.

— Как мисс? — Эрик впился в него взглядом, суматошно пытаясь вспомнить все, что говорил ему Курт о семье Зака.

Смерть отца, мама, нуждающаяся в заботе.

.. Про себя Курт говорил, что он один в семье, а вот про Зака... Говорил или нет?.. Или они вообще не поднимали эту тему?

Тогда почему Эрик так решил? Мысли путались, облегчение вперемешку со злостью на себя навалилось на плечи, как тяжелый мешок с песком.

— Деб — не жена? — уточнил Эрик, решив, что одного номера клоунады на сегодня достаточно, и теперь он будет оперировать только проверенными фактами. — Она — сестра Зака?

— Поздравляю, мой самый ревнивый в мире друг, ты справился с загадкой со звездочкой, — усмехнулся Курт и шагнул к нему.

Обхватил за плечи и со вздохом привлек к себе. — Эрик, ну право слово. Только ты мог обидеться на весь свет, собрать вещи и чуть не послать двух самых охренительных мужчин на земле после одного “привет”.

Эрик стиснул его почти отчаянно, так что хрустнули позвонки.

—   Я слишком часто видел, как мать беззвучно рыдает у себя в комнате, после того, как на нашем пороге появлялась очередная любовница отца, — прошептал он Курту на ухо и зажмурился. — А потом молилась сутками, держала голодные посты и винила во всем себя.

До этого момента он даже не подозревал, как глубоко пустили корни детские переживания.

Настолько, что он даже не усомнился, что перед ним обманутая жена, а он сам — источник ее будущей боли, который нужно немедленно устранить.

— О нет, эта рыдать не будет, — невесело усмехнулся Курт. — Ты подожди, мы еще сами обрыдаемся все втроем, если она тут надолго застрянет. А судя по всему, такое вполне вероятно, — он снова вздохнул и утянул Эрика на постель, садясь рядом. — В общем… С ней сложно все, — сказал осторожно.