Стань Звездой!

Он же в душе плещется, пока жабры не отрастит! Мефисто избаловал вконец, собственноручно купая после выездов."

"— Так то в шланге, — Деб невесело усмехнулась. — Он открытой воды боится. Особенно — мутной. Если видит дно под ногами — еще ничего, но не дай бог ему оказаться в чем-то непрозрачном хотя бы по колено. А если с головой… То там уже вообще неважно, хоть вода прозрачной как слезы младенца будет. Причем это не просто страх, — он вздохнула. — Это что-то серьезнее. До судорог доходит порой.

— Какая-то из разновидностей посттравматического расстройства, — Эрик покрутил в руках чашку. — И такая давняя, что иголками не поможешь. А на лекарства не согласится сам Зак... Да, может, и не стоит ничего делать. Этот страх не мешает Заку в обычной жизни, а Курт, я уверен, в следующих контрактах запретит даже упоминать воду.

Эрик вспомнил сценарий собственного фильма и любовно выписанные им сцены битвы в воде. Перечитывая ее раз за разом, он все размышлял, а стоит ли настолько утяжелять бюджет фильма, ведь обычный зритель вряд ли оценит всю красоту и сложность подобного трюка. Но Эрик все равно ее оставил. Он надеялся, что зрителю понравится общая идея: провести героя по всем стихиям. Заставить выдержать сражение в воздухе — на подвесном мосту в ущелье, славящимся своими ветрами, одержать победу в битве под землей, когда начнут обваливаться своды шахт, и не спасовать перед ненасытным лесным пожаром. Вода должна была замкнуть круг стихий, дать герою понять, что он принадлежит этой стране, стал ее частью.

— Неужели? — Деб усмехнулась. — А я думала, твои иголки всесильны, — она бросила на него быстрый взгляд. — Полгода назад я бы дралась до крови за эти чертовы леденцы. Заку пришлось бы вырубить меня, чтобы бросить их в унитаз. А когда я очнулась бы, связать полотенцем руки, чтобы не полезла в унитаз проверять — а вдруг какая-то да не смылась. А сегодня мне даже не хотелось расцарапать ему лицо... — она помолчала. — Но я все равно полезла в помойное ведро, чтобы достать оттуда коробку и слизать с ее стенок пыль. — глубоко вздохнула и зажмурилась. — К счастью, десять лет назад эту дрянь выпускали в оболочке, такой твердой глазури.

— Я предупреждал, что мгновенного результата не будет, — ответил Эрик. — Но мне кажется, прогресс все равно есть.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Ага, я становлюсь похожа на мартышку, — ухмыльнулась Деб. — Каждую ночь чешу места твоих иголок. Фрэнк бесится, потому что и так уснуть не может, а тут я еще.

— Это тоже пройдет, — эту жалобу Эрик слышал не в первый раз. Реакция кожи и нервов.