Стань Звездой!

Без защитного панциря, годами нараставшего на нем и ставшего таким толстым, что ни одна гиена от киноиндустрии не сможет прокусить. А таким, каким его видели Дебора и Курт. Хрупким, уязвимым, уставшим. Просто человеком, отчаянно нуждающимся в том, чтобы быть кому-то нужным в этом мире.

— Пойдем в дом, — предложил Эрик, когда дыхание Зака чуть выровнялось.

— Ты весь промок… — Зак провел руками по его спине, наконец становясь ровно, и, заглянув в глаза, запутал пальцы в волосах. А потом обнял, крепко прижав к себе. — Так много скелетов… Прости, что вывалили все их на тебя. И спасибо, что понял.

— Я дипломированный специалист по вправлению костей, — Эрик качнулся вперед, касаясь губами губ Зака. — А скоро приедет Курт и поможет выкинуть рассыпавшиеся в прах от времени. Глядишь, в шкафу посвободнее станет.

Он вспомнил, с каким трудом отпустил гнев на отца. Не смог простить, да и не пытался. Но не дал  прошлому завладеть его жизнью. Эрику потребовались годы духовных практик, чтобы избавиться от груза в душе.

— Шкаф уже почти чист, — Зак улыбнулся, чуть отодвинувшись, чтобы посмотреть на него. — И готов к обновкам. Например, к со всех сторон запретной и общественно порицаемой любви на троих, — он снова провел рукой по его волосам. — Вот только мне совсем не хочется прятать ее в шкафу. Мне хочется орать на всех углах, что я люблю двух самых замечательных людей на свете."

"— Ее можно и не прятать, — Эрик крепче прижал его к себе, положил подбородок Заку на плечо и закрыл глаза. Напряжение, не дававшее ему уснуть всю ночь, отпускало, и веки стали непомерно тяжелыми. — Но знаешь, счастье ведь любит тишину. Тебе и правда хочется, чтобы на каждом лимоне и мандарине в твоем саду сидело по дрону, а поездка к Мефисто превращалась в прямой эфир?

— Я вовсе не о том, — Зак усмехнулся и уткнулся горячими губами ему в щеку. — Ну да неважно, — прошептал горячо. — Больше никаких скелетов.

— И что, даже ""Пиратов Карибского моря"" не смотрим? — рассмеялся Эрик и повернулся так, чтобы найти губами губы Зака.

Он понимал, о чем Зак. И ему тоже хотелось рассказать всему миру, что наконец-то он больше не один. Что в мире нашлись сразу двое, ради кого хочется жить, к кому хочется приходить домой. И вместе с этим в груди росло жадное чувство собственничества. Их мир полон грязи, и Эрик готов был драться до крови, чтобы защитить от нее так поздно открывшееся ему чувство. Он не был намерен пускать в их мир никого, и неважно, с добрыми намерениями или со злыми.

Они целовались бесконечно долго, пока Зак не отстранился с самым решительным видом.

— Идем! — он ухватил Эрика за руку и потянул в дом. — Я заварю тебе чай. И кстати, я заказал посылку из Китая. Пол чайной плантации, не иначе.