Стечение обстоятельств

— В несколько слов уложиться трудно, но в самых общих чертах идея состоит в том, чтобы рассматривать явление коррупции с точки зрения экономических категорий. Коррупционное взаимодействие — это, по существу, торговая сделка, в которой есть товар, продавец и покупатель, а также фигурируют себестоимость товара, потребительская стоимость и продажная цена. Если вкратце — то вот так. Если вас интересуют детали, милости прошу ко мне, побеседуем подробно.

Павлов бил с дальним прицелом. Он успел рассмотреть журналистку, задававшую вопрос, и совсем не возражал бы продолжить с ней знакомство.

Да и пространное интервью — было бы неплохо.

Удар Александра Евгеньевича достиг цели, потому что журналистка подошла к нему сразу же после брифинга.

— Лебедева, — представилась она, протягивая руку. — Это я задавала вам вопросы.

— Очень приятно. — Павлов галантно поцеловал холеную руку с длинными бронзовыми ногтями.

— Я бы хотела воспользоваться вашим приглашением. Назначьте мне, пожалуйста, время.

Высокая, длинноногая, она легко шагала в ногу с рослым Павловым и, казалось, с трудом сдерживалась, чтобы не побежать.

Александр Евгеньевич на секунду задумался, глянул на часы, широко улыбнулся.

— У меня есть время сейчас, если хотите. Пойдемте?

— С удовольствием.

…— Чай, кофе, коньяк? — гостеприимно предложил Павлов, когда они расположились в его кабинете.

— Кофе с коньяком, если можно, — решительно выбрала гостья.

Александр Евгеньевич включил кофеварку, достал коньяк, чашки, миниатюрные рюмочки.

— Как вас зовут? Лариса? Что ж, за знакомство, Лариса! Так о чем мы с вами будем говорить, прекрасная Лариса?

Журналистка рассмеялась.

Голос у нее был низкий, а смех — чуть хрипловатый. Она тряхнула рыже-каштановой гривой, по которой пробежала тяжелая волна.

— Александр Евгеньевич, я пришла к вам поговорить о коррупции, а вы меня расслабляете… Так не годится.

— Давайте будем говорить о коррупции, — с готовностью отозвался Павлов. — Вас интересует моя теория?

— Не только. Но начнем с нее, если не возражаете.

Лебедева достала блокнот и ручку, закинула ногу на ногу таким движением, что у Павлова дух захватило."

"— Я исхожу из того, — начал не торопясь Александр Евгеньевич, — что человек, дающий взятку, испытывает острую нужду в конкретном действии со стороны должностного лица или просто государственного чиновника.

Это действие, назовем его услугой, имеет в глазах данного человека определенную ценность, то есть потребительскую стоимость. И за эту услугу человек готов заплатить некоторую цену, не превышающую в его глазах указанную потребительскую стоимость. Эта мысль понятна?

Лебедева кивнула, не отрываясь от блокнота.

— Далее.