Тарзан. Том 1

Допустив такие мысли, Джэн Портер невольно постепенно стала подпадать под власть других.

Если он принадлежит к племени дикарей, он, должно быть, имеет жену-дикарку, быть может — целую дюжину жен и диких полукровных детей. Девушка содрогнулась, и когда ей сообщили, что крейсер на утро уходит, она была почти рада. Тем не менее, именно она подала мысль, чтобы в хижине были оставлены оружие, патроны, припасы и много различных предметов, якобы для неуловимой личности, которая подписалась Тарзаном из племени обезьян, и для д'Арно, если он еще жив и доберется до хижины. В действительности же она надеялась, что эти вещи достанутся ее лесному богу, даже если бы он оказался простым смертным.

И в последнюю минуту она оставила ему еще весточку, передать которую поручила Тарзану.

Джэн последняя покинула хижину, вернувшись туда под каким-то пустым предлогом после того, как все остальные направились к шлюпке."

"Она стала на колени у постели, в которой провела столько ночей, вознесла к небу молитву за благополучие своего первобытного человека и, крепко прижав к губам его медальон, шепнула:

— Я люблю тебя и верю в тебя! Но если бы даже и не верила, я все же любила бы. Пусть бог сжалится над моей душой за это признание! Если бы ты вернулся ко мне, не было бы другого исхода, и ушла бы за тобой, навсегда ушла в джунгли.

XXV

НА КРАЮ СВЕТА

Когда д'Арно выстрелил, дверь распахнулась настежь, и какая-то человеческая фигура грохнулась ничком, растянувшись во весь рост, на пол хижины.

Француз, охваченный паникой, только-что собрался вторично выстрелить в лежащего, как вдруг он увидел, что это белый. Еще одно мгновение — и д'Арно понял: он застрелил своего друга, своего защитника, Тарзана из племени обезьян!

С мучительным криком отчаянья бросился д'Арно к обезьяне-человеку. Став на колени, он поднял черноволосую голову и прижал ее к своей груди, кромко называя Тарзана по имени. Ответа не было. Тогда д'Арно приложил ухо к его сердцу. С радостью услышал он, что сердце работает равномерно и стойко. Он заботливо поднял Тарзана и уложил его на койку, а затем, торопливо заперев и заложив дверь, он зажег одну из ламп и осмотрел рану. Пуля слегка лишь задела Тарзана по голове. Рана была поверхностная, хотя и безобразная на вид, но не было признаков перелома черепа.

Д'Арно облегченно вздохнул и стал смывать кровь с лица своего друга.

Вскоре холодная вода привела его в чувство и, открыв глаза, он с изумлением взглянул на д'Арно.

Последний перевязал рану кусочками полотна и, увидев, что Тарзан пришел в себя, написал записку, которую и передал обезьяне-человеку. В этом послании д'Арно объяснял ужасную ошибку, которую он сделал, и говорил, как он счастлив, что рана оказалась не столь серьезной.