Тарзан. Том 1

Ничего хорошего не может выйти из прогулки здесь, говорили они, потому что в этих развалинах бродят души умерших, когда-то здесь живших.

— Они следят за нами, о царь, — шептал Бузули. — Они ждут, пока заманят нас в самую глубину своей твердыни, и тогда они бросятся на нас и растерзают нас зубами. Так духи всегда поступают. Мне об этом рассказывал дядя моей матери, он великий колдун.

Тарзан засмеялся. — Дети мои, бегите обратно, на солнце, — сказал он. — Я вернусь к вам, когда обыщу сверху донизу эти развалины и найду золото или приду к заключению, что его нет.

Мы можем, впрочем, снять доски со стен, столбы слишком тяжелы для нас; но, я думаю, где-нибудь должны быть большие кладовые, полные золота, которое мы легко могли бы унести с собой. Бегите же пока на воздух, где вы вздохнете свободней."

"Часть воинов с радостью последовала приказанию вождя, но Бузули и некоторые другие не решались оставить его, колеблясь между любовью и преданностью к своему царю с одной стороны и суеверным страхом перед неизвестным с другой. И вдруг случилось то, что разрешило вопрос, исключив возможность дальнейших обсуждений.

Среди тишины разрушенного храма прозвенел у самых их ушей тот же отвратительный вопль, который они слышали минувшей ночью, и с криком ужаса черные воины повернули и бросились бежать через пустые залы векового здания.

Тарзан от обезьян остался на том самом месте, где они оставили его, со злой улыбкой на губах поджидая врага, который, он в этом не сомневался, сейчас бросится на него. Но снова воцарилась тишина, если не считать слабого намека на звук шагов босых ног, крадущихся откуда-то поблизости.

Тогда Тарзан повернул и углубился в храм.

Он переходил из комнаты в комнату, пока не попал в комнату, в которой еще сохранилась одна толстая запертая дверь. Он оперся об нее плечом, и в это время опять, почти рядом с ним, раздался тот же вопль. Было очевидно, что этим воплем его предупреждают, чтобы он не осквернил этой особой комнаты. А, может быть, именно в ней-то и лежат запасы сокровищ?

Как бы то ни было, раз странные невидимые охранители этого заколдованного места не хотели, чтобы он вошел именно в эту комнату, от этого желание Тарзана проникнуть туда утроилось и, хотя вопли повторялись неустанно, он надавливал дверь плечом до тех пор, пока она с треском не распахнулась, соскочив с петель.

За ней был могильный мрак. Ни одного окна, через которое мог бы проникнуть хотя бы слабый луч света, а так как и в коридоре, куда открывалась дверь, была полутьма, то и распахнутая дверь не помогла. Нащупывая пол впереди рукояткой копья, Тарзан вступил во мрак. Вдруг дверь захлопнулась за ним, и в то же самое время со всех сторон потянулись к нему в темноте чьи-то руки.