Тарзан. Том 1

Он не видел в темноте парохода, и ему в голову не могло прийти, что совсем близко от него находится большое судно. Плывя во мраке, он руководствовался только звуками, доносившимися к нему с обеих лодок.

В его памяти живо встала его последняя встреча с крокодилом в водах Угамби, и он невольно содрогнулся. Два раза он чувствовал чье-то прикосновение к своим ногам, но никто не схватил его. В темноте перед ним неожиданно выросла бесформенная высокая масса, и, к его удивлению, он нащупал просмоленный борт корабля. С ловкостью обезьяны он ухватился за якорную цепь, перелез через бортовую сетку и выскочил на палубу.

На противоположной стороне палубы — он это ясно слышал — происходила какая-то борьба. Тарзан бесшумно побежал туда, спотыкаясь о канаты.

Теперь не было уже так темно, как прежде. Взошла луна. И, хотя во многих местах небо все еще было обложено тучами, мрак не был так непроницаем, как раньше. Зоркие глаза Тарзана увидели на корме фигуры двух мужчин, боровшихся с женщиной.

На пароходе появилась новая неведомая сила… Матросы, тащившие молодую женщину, первые узнали об этом… Эта сила прежде всего обрушилась на них: чьи-то могучие руки схватили их за плечи.

Еще мгновение — и оба матроса были отброшены в сторону с такой легкостью, с какой могучее маховое колесо швыряет в воздух мелкие щепки.

— Джэн!

Молодая женщина сразу узнала своего мужа и с радостным криком бросилась к нему. Развязать ей руки, поднять ее, как ребенка, прижать к груди, расцеловать, было для Тарзана делом одной минуты. Громадное, ослепительное счастье засияло в его сердце…"

"— Джэн! Джэн! Дорогая, любимая жена!

Но радость свидания была слишком коротка. Не успели оба супруга опомниться, как увидели, что через борт «Кинкэда» лезут какие-то люди.

Тучи разошлись, и луна ярко осветила палубу. Перед Тарзаном стояли Роков и его товарищи.

Тарзан быстро втолкнул Джэн в каюту, около которой они стояли, а сам, не тратя ни секунды, бросился на Рокова. Двое матросов, стоявших позади Рокова, прицелились в Тарзана и выстрелили.

А в полутьме позади них по веревочной лестнице на борт парохода поднимались еще какие-то фигуры. Это была страшная звериная команда Тарзана! Сначала появились и грозно рычали пять громадных обезьян с оскаленными клыками и покрытыми пеной мордами, а за ними перепрыгнул через борт чернокожий гигант; его длинное копье сверкало при лунном свете.

Позади них карабкался еще один зверь, и из всей этой странной команды он был самый страшный. Это была Шита, пантера, с разинутой пастью и свирепыми глазами, горящими ненавистью и кровожадностью.

Тарзан был жив. Матросы промахнулись: у них дрожали руки при виде приближавшихся свирепых обезьян. Объятый паническим страхом, весь экипаж «Кинкэда» попрятался по разным углам.