Свадьба по приказу, или Моя непокорная княжна

— Уязвимое место… У него должно быть уязвимое место… — Андрей лихорадочно перебирал в памяти народные былины и сказания, связанные с северным краем. — Залив змей… Чудовища… Было же что-то… Точно! Эй, ты! — Последний крик был адресован рогатому монстру. — Хочешь добраться до принцессы? Сначала придется разобраться со мной!

Наверное, матушка назвала бы его сумасшедшим. Это же надо разговаривать с морским чудищем… Да и героем бы не нарекла. Скорее, заклеймила самоубийцей, но в тот момент у Андрея не было времени, чтобы обдумать свои действия.

Выхватив из ножен кинжал, он взлетел на ют, и тварь, привлеченная громкими криками, ринулась за ним.

Все, что произошло дальше, уложилось в несколько коротких мгновений. Воздушная петля овилась вокруг шеи змея, заставив его приникнуть к корме. Лишь на мгновение, но и его хватило Воронцову, чтобы вогнать лезвие кинжала в глаз монстру. Быстро, с силой, по самую рукоять.

Чудовище зашипело, дернулось, вырываясь из воздушных пут. Обнажило клыки, выбросило язык, надеясь задушить своего убийцу, но колдун успел скатиться на палубу, а пробужденное магией хаоситов чудище, соскользнув с юта, с громким плеском погрузилось в воду.

— Вот теперь не вернётся, — пробормотал князь, замечая, как сумрак вокруг начинает постепенно рассеиваться, и горизонт снова окрашивается закатными лучами.

Прислонившись к борту корабля, Андрей устало прикрыл глаза.

Маша Семенова

— Да не бойся ты! — рявкнул Чет.

— А я и не боюсь, — огрызнулась привычно. — У меня просто не получается!

— Ой, да кому ты тут сказки рассказываешь, душа моя? — фыркнул Виньецкий, мелодраматично закатывая глаза.

 — Ты просто трусишь. Боишься сделать больно потенциальному обидчику. А так не пойдет, Машка. Это же атакующее заклинание!

— Я знаю!

— Так, птичка моя пугливая, а ну соберись и не позорь своего учителя, — добавил в голос грозных ноток хранитель, хоть и до этого звучал вполне себе грозно.

В иные моменты аж до мурашек по коже…

— Это я-то тебя позорю? — прошипела, в который раз концентрируясь на окаянной мишени.

Последние полтора часа я пыталась попасть по ней залпом огня, но у меня ничего не выходило.

Магия появлялась, легко, будто по щелчку пальцев, — с этим проблем больше не возникало. Нежной кошкой стелилась по руке, а вот бить по мишени категорически отказывалась.

Если и получалось направить магию к цели, то вместо того, чтобы ее сжечь, та застывала перед мишенью испуганным огоньком.

Честно говоря, я уже совсем отчаялась и даже смутно не представляла, как заставить своенравную силу слушаться.

— Деревенщина ты безрукая! — неожиданно выдал Чет.