Свадьба по приказу, или Моя непокорная княжна

Чет хмыкнул, а потом, мазнув огненной кисточкой хвоста по полу, задумчиво проговорил:

— Пожалуй, Машка, начну с хорошей… Ты у нас, оказывается, барышня с сюрпризом. И не одним. Огненным даром меня приманила, а вот магии равновесия я в тебе сразу и не учуял. Мой промах.

— Равновесия… — пробормотала я и вскинула на хранителя ошеломленный взгляд: — То есть получается, я обладаю даром жизни и смерти? Как царь Дмитрий?

Аджан кивнул и заметил с усмешкой:

— Редкое нынче явление. Можно сказать, уникальное! Иные колдуны, у которых магия равновесия проявлялась особенно ярко, могли исцелять своим даром даже тяжело больных.

А могли и… убить. Сила она, понимаешь ли, может быть использована по-всякому: как во благо, так и во вред.

Значит, вот что означало двуцветное семя!

Магию равновесия…

— Уж не знаю почему, но Многоликий скрыл твои таланты и от мужа, и от знати. Спрятал тебя за завесой священных чар, и это, одуванчик мой белоснежный, и стало сегодня твоим спасением.

— В смысле?

Хранитель закатил глаза. Мол, дура я, все-все мне надо разъяснять.

— Дак это же очевидно, блондинка ты моя неблондинистая! Воронцов на тебя и так облизывается, а узнав, что в женах у него не пустышка, а очень даже одаренная колдунья, ни за что не отпустит.

— Можно подумать, я буду спрашивать, отпустит он меня или нет, — буркнула, независимо скрестив на груди руки.

Мне домой надо! К родным и близким. В свою привычную, спокойную, независимую жизнь. Без магии, недочертей и озабоченных придурков-принцев.

— Не в этом дело, девонька. Вот привяжется он к тебе душой и телом, и тогда твоя душа уже никак не сможет покинуть наш мир.

Ы-ы-ы!!!"

"— Разве что, — Чет возвел глаза к потолку, обильно украшенному лепными цветами, — туда, на поклон к Многоликому.

Но к нему ты точно торопиться не станешь.

— Не стану, — печально согласилась я, думая о том, как бы сделать так, чтобы Воронцов ко мне не привязывался ни душой, ни телом.

— В этом, Машка, и заключается плохая новость. Обратная сторона медали, так сказать, — философски закончил аджан. Зевнул, потянулся, флегматично почесал макушку. — А, вот еще что! Тебе тоже к нему привязываться — ни-ни. Если ты, конечно, все еще намерена с нами попрощаться.

— Намерена! — ответила я твердо и подскочила на ноги.

Походив немного по комнате, под немигающим взглядом лиса, заинтересованно следящего за моими метаниями, приняла решение быть с Воронцовым максимально холодной и сдержанной. Этакой Снежной королевой.

Чтобы помнил, что мне этот брак тоже навязали, и держался от меня подальше.

— А что же с сердцем? Оно тоже особенное?

Растянувшись на освободившейся кушетке, Чет лениво провел в воздухе лапой, оставляя после себя дымный завиток.

— Такими стекляшками награждается каждая пара.