Сваха для дракона

Я принимаю ваше предложение о работе.

Если Селофиссар требовала от меня согласия, так и будет.

Да, я была согласна, но князь даже не представлял, какую цену ему придется заплатить за сотрудничество. Если все сложится удачно, я смогу уйти на покой раньше времени и больше никогда не беспокоиться о содержании. Возможно, Лоркан прочитал мои мысли, или же их ход был ему понятен изначально ведь в следующий же момент я услышала торопливое:

– Деньги не проблема. Когда мне вас ожидать?

В голосе Лоркана послышалось радостное возбуждение, которое на мгновение захлестнуло и меня.

– Мне надо уладить дела, – уклончиво ответила я, ныряя в спасительную темноту дома. И прежде, дверь захлопнулась, я услышала очень мягкое и искреннее:

– Спасибо, Ималия.

Ну и ну, думала я, поднимаясь по лестнице, чтобы возложить к алтарю Селофиссар свежие цветы, звучит так, словно я ему жизнь спасла. С чего столько признательности? У меня дрожали руки, то ли от предвкушения, то ли от страха. Что же могло ждать меня дальше?

– Я и не сомневалась, что ты согласишься! – Лиди уставила на меня палец, унизанный десятком колец, и торжествующе рассмеялась. От энергии, бившей через край, она не могла усидеть на месте и металась по комнате, словно дикий зверь в клетке.

Мало-помалу я начинала заражаться ее хорошим настроением, ведь при взгляде на лучащееся восторгом лицо трудно было сдержать улыбку.

Лиди, почему-то, считала личной победой мое сотрудничество с князем, как будто именно она и убедила меня сдаться и уступить Девятому Дракону. Конечно, это было не так, но не хотелось разубеждать подругу. В отношениях с близкими людьми я всегда была мягкой и сентиментальной. Пускай считает, как хочет, зачем ей знать, что дело обстоит совершенно по-другому?

Разговор происходил в моей спальне, которая выглядела как поле битвы: повсюду раскиданы платья, туфли и украшения. Кутерьма со сборами продолжалась уже пятый час, с того момента как Лиди постучала в двери. Она так торопилась ко мне, что позабыла ключи от офиса и настойчиво барабанила, пока я не пустилась, чтобы, наконец, впустить ее в дом. Официальным предлогом была помощь с вещами, но я-то знала, зачем Лиди действительно пришла.

– Я всегда знала, что иногда слухи разлетаются чересчур быстро, – ворчливо заметила я, заглядывая в полупустой гардероб. После критического осмотра выяснилось, что у меня слишком много одежды, и она не влезет ни в один из дорожных сундуков. Но Лиди, которая добровольно вызвалась помочь со сборами, считала иначе. Больно было смотреть, как она мнет и утрамбовывает платья из дорогой ткани так, словно они были половыми тряпками. С учетом новых обстоятельств оплачиваемый отпуск моей помощницы грозил растянуться на неопределенный срок. Но, кажется, сама Лиди ничуть не возражала.