Сваха для дракона

– Во дворце лучшие повара во всем Аралионе.

– Такие же хорошие, как и стража?

Капитан поймал мой намёк на лету, но смолчал. Он был на удивление тих и спокоен, только у крыльев носа залегли темные следы от недосыпа, особенно хорошо заметные на тонкой светлой коже.

Лоркан поднес к губам чашку, пряча за тончайшим фарфором улыбку.

– Вопрос безопасности уже улажен. Прошу простить нас за неудобства, которые были причинены лично вам, леди Ималия.

Он помолчал, размышляя, а затем добавил:

– Искренне сожалею, что наше сотрудничество началось с подобного инцидента. Надеюсь, что такого не повторится.

Голос князя звучал уверенно, что я прочитала и второй смысл в его словах. Он надеется. Но не дает никакой гарантии.

– Как спалось? – решив переменить тему, Лоркан нацепил на себя маску радушного хозяина. Ему было не все равно, как чувствует себя гостья, ведь именно от меня зависело, будет ли он счастлив в браке.

Я задумалась.

– Чудесно, благодарю вас. Спальня замечательная.

Соврать оказалось куда проще, чем предполагалось. Спала я просто ужасно. Все время чудилась кровь: то в темноте мне казалось, что на руках остались багровые разводы, то снилось как она проступает через одеяло. А еще тени… На балконе, куда выходили двери из моей новой спальни, всю ночь бродили странные тени. По началу я приняла их за отражение городских огней на легкой, струящейся ткани, пока не вспомнила, что мои окна выходили на другую сторону, с видом на сад. И никаких огней там в помине не было. А грузный силуэт дракона, скользящий по бархатному, черному небу, я принимала за осколок потревоженного сна.

Лоркан еще некоторое время улыбался, а затем стал чуть серьезнее:"

"– Леди Ималия, я бы хотел попросить вас не быть столь предвзятой к Одхану.

Застигнутая врасплох, я едва не подавилась лепешкой, на радость заметно оживившемуся Снорре. Капитан смирился с тем, что я буду мозолить ему глаза во дворце с текущего момента, но никто не запрещал ему испытывать злорадное счастье, если я попадала в неловкие ситуации.

– Не помню, чтобы я относилась к нему предвзято, – холодно ответила я, рассматривая свое отражение к чайной чашке. Легкий ветерок проникал с балкона и колыхал тугие кудри. В утреннем нежном свете моя кожа казалась еще темнее, чем всегда. Но князь, как и следовало догадаться, не поверил ни единому слову.

– Одхан – мой старинный друг. Я знаю, что он причинил вам много неудобств, да и вчера… Но все же, он хочет лучшего для меня и Аралиона, здесь его не в чем упрекнуть.

Насупленное лицо Снорре красноречиво твердило, что он, как и я, не разделяет оптимистичной точки зрения Лоркана. Но моя работа за все время существования “Счастливого дракона” научила меня терпимости к чужим убеждениям.