Связанные кровью

— Поверь мне, ты слишком устанешь, чтобы быть невыносимым.

— Посмотрим.

— Не воспринимай это как вызов.

— Я люблю хороший вызов.

Джианна подняла глаза с неуверенной улыбкой, и Ария спрыгнула с кровати, потом подошла к нам.

— Иди к своей жене и дочери, — сказала она, прижимаясь к Луке, который бросил на нее тот обожающий взгляд, который редко кому доводилось видеть.

Мне не нужно было повторять дважды. Я бы остался приклеенным к Джианне, если бы у меня не сложилось впечатление, что она нуждается в руководстве со стороны Арии. В конце концов, Ария знала, как быть матерью.

Я подошел к кровати. Джианна кивнула в сторону свободного места рядом с ней, я забрался к ней в постель и обнял за плечи. Наша дочь все еще спала у нее на груди. Может, лишение сна не будет нашей проблемой. Она выглядела прелестным, незамысловатым ребенком. Я протянул руку и нежно взял ее крошечную ручку. Такая маленькая, такая уязвимая.

— Так какое у неё имя? — спросила Джианна.

Я смотрел на мягкие рыжевато-каштановые волосы нашей девочки, на ее розовые щечки, пытаясь вспомнить имена, которые мы с Джианной обсуждали.

— Изабелла.

В тот момент, когда имя слетело с моих губ, я понял, что это правильный выбор.

Джианна задумалась, потом улыбнулась.

— Мне нравится. Очень.

— Итак, Изабелла?

— Изабелла, — сказала она, затем зевнула и поморщилась.

Ария подошла к кровати.

— Почему бы тебе не положить дочь…

— Изабелла, — Джианна и я сказали одновременно.

— Изабелла, — тихо сказала Ария. — Почему бы тебе не положить Изабеллу себе на грудь, Маттео? Это даст Джианне возможность отдохнуть, а ты сможешь сблизиться со своей дочерью. Расстегни рубашку."

"Мои чертовы пальцы все еще не перестали дрожать. Ария оттолкнула мои руки и расстегнула рубашку.

— Лука, твоя жена раздевает меня.

Лука бросил на меня снисходительный взгляд. Он знал, что Ария будет принадлежать ему до самого конца.

— Ох, Маттео, когда ты уже заткнешься?

Джианна застонала, но ее глаза были мягкими, когда она посмотрела на меня. Я знал, что это, вероятно, не будет длиться вечно, но видеть мягкую, более эмоциональную сторону Джианны было приятно, даже если я все еще любил ее жесткую сторону как сумасшедший.

Я одарил ее улыбкой, но она исчезла, когда Ария потянулась ко мне, чтобы поднять Изабеллу и положить ее мне на грудь. Я затаил дыхание, почувствовав маленькое тельце на своей коже. Она была такой крошечной. Я накрыл ее спинку ладонью, а другой взял за руку Джианну, которая положила голову мне на плечо.

Ария одарила нас еще одной ободряющей улыбкой, прежде чем они с Лукой вышли, оставив нас одних.

— Я все еще боюсь, — тихо призналась Джианна.

— Я тоже.

— Ты тоже?

— Да. Это новый опыт.

Она фыркнула, потом поморщилась.

— Мы пройдем через это, верно?

— Конечно.