Табу на вожделение. Мечта профессора (СИ)

 — Малышка! Красавица! Ты… с ума меня сводишь! Ты сводишь меня с ума!"

"Не врал. Его действительно накрывало все сильнее после каждого ее прикосновения. А осмелела Попова не на шутку. Давно запустила руки под его джемпер и исследовала спину, грудь и живот Марата своими шаловливыми пальцами. Но когда она в порыве страсти попыталась избавить его от ремня, Каримов не выдержал. Перехватив Юлю поудобнее, торопливо понес вглубь дома. С трудом добравшись до ближайшей полноценной комнаты — а ей оказалась гостиная, — он сгрузил девчонку на диван.

Не дав опомниться, навис над ней и почти до подмышек задрал ее платье вместе с бюстгалтером.

И утробно заурчал, когда его алчному взору предстали две сочные аккуратные грудки и торчащими от возбуждения сосками. Красивыми до умопомрачения. Сексуальными до жути. Член в штанах призывно дернулся. В паху заломило. Яйца сделались тяжелыми.

«Впервые! Дьявол, я уже столько раз ласкал ее, но голой вижу впервые!»

* * *Чувствуя, как рот от предвкушения наполняется слюной, Марат провел языком по одной из вершинок. А секунду спустя всосал ее в себя.

— О! — протяжно выдохнула Юля, выгибая спину, словно кошка.

— Да, девочка! — хищно оскалился, сминая рукой упругое полушарие и набрасываясь на второй сосок. — Хорошо! Правда же?

Она ничего не ответила. Вместо этого заключила в ладони его лицо, притянула к себе и поцеловала. С таким трепетом, с такой самоотдачей, что Каримов почувствовал, как кожа покрывается предательскими мурашками.

— Целуй меня, — бессвязно шептала Попова, возбуждаясь все сильнее. Буквально дурея от его ласк. — Я так хочу почувствовать это… еще разок!

— Почувствовать что?

— Твой язык у себя во рту! — всхлипнула она, извиваясь, когда Марат принялся вновь играть ее сосками.

 — Твои руки на моем теле. Твои пальцы на моей… у меня…

— Где? — плотоядно оскалился, прекрасно зная ответ. — Скажи, где должны быть мои пальцы? Придется озвучить это, милая! Придется озвучить!

Юля зажмурилась, покраснев как помидор. От смущения у нее горели даже уши. И все же, распахнув веки, она произнесла одними губами:

— Между ног… у меня в трусах… как тогда, помнишь?

— Такое разве забудешь? — отозвался он гортанно. Сипло.

А после, практически пожирая девчонку голодным взглядом, Каримов опять подхватил ее на руки — растрепанную, полуголую — и уверенно зашагал в сторону лестницы, ведущей на второй этаж.

Ибо собирался хорошенько оттрахать свою мелкую сучку исключительно в своей спальне. На своей кровати. Попова времени даром не теряла. Пока они шли, тоже задрала его джемпер до уровня подмышек, пытаясь снять. Не получалось. Но когда они оказались в спальне, и Марат осторожно поставил ее на пол, девушка настойчиво стянула с него кофту. От брюк он избавился самостоятельно.