Табу на вожделение. Мечта профессора (СИ)
Он — ее большущая проблема… Наглый, заносчивый, циничный, ожесточившийся на весь белый свет профессор экономики, получивший среди студентов громкое прозвище «Серп». В период сессии он же — судья, палач, дьявол. Она — заноза в его грешных мыслях… Девочка из глубинки, оказавшаяся в сложном положении, но всеми силами цепляющаяся за свое место под солнцем. Дерзкая. Упрямая. Чертова заучка. Они — два человека, страсть между которыми невозможна. Запретна. Смешна. Но только не в мечтах! Только не в мечтах! — Станцуй для меня! — ЧТО? — Сними одежду и станцуй! Пауза. Шок. И гневное: — Не буду! — Будешь! — Нет! Если я работаю в ночном клубе, это еще не значит… — Значит, Юля! — загадочно протянул Каримов. — Еще как значит!
— У шеста — оно ведь попривычнее будет, да?
— Нет! Я ни разу не стояла у шеста! И вы это прекрасно знаете!
Судорожно вздохнув, мужчина пробормотал себе под нос что-то нечленораздельное и наконец-то ослабил хватку. Мгновенно среагировав, Попова отступила на шаг и стремительно развернулась к нему лицом.
Их взгляды схлестнулись — тяжелый против мягкого.
Настороженный против парализующего, вгоняющего в оцепенение.
Потерянный против голодного, жаждущего, разъяренного.
И время будто замедлило свой ход. На Юлю нахлынули воспоминания.
А вместе с ними в душе вновь вспыхнула лютая злость.
Ее так сильно колошматило от праведного гнева, что руки и ноги тряслись, как у запойной алкоголички с приличным стажем. Нервно увлажнив губы, Юля мстительно прищурилась. Расправила плечи. Набрала воздуха в грудь.
И угрожающе выплюнула на выдохе:
— Прикоснетесь ко мне еще хоть раз — напишу на вас жалобу в ректорат!
— Что? — Марат изумленно вскинул брови. — Что ты сделаешь?
— Что слышали!
Пауза. А после короткий смешок:
— Ну, дерзай, солнышко! Посмотрим, что из этого получится!
«Черт! Что я творю? Это же… Серп! Серп!»
Переминаясь с ноги на ногу, Юля тихонько обронила:
— На самом деле мне этого… не хотелось бы.
— Конечно, не хотелось бы! — категорично. — Ведь поверят мне, а не какой-то сомнительной работнице стриптиз-клуба! Ты и сама это понимаешь.
«Эй! А вот это уже обидно!»
Пряча свои истинные эмоции под маской равнодушия, девушка скрестила руки на груди, на уровне подсознания желая защититься от этого человека.
Заметив данный жест, Каримов как-то странно усмехнулся.
Затем, спрятав ладони в карманы брюк, он раздраженно поморщился:
— Ладно, Попова! Выдохни уже!
— В каком… смысле?
— В прямом.
Глава 6
Две с половиной недели спустя…
— Юль? — кто-то мягко коснулся ее плеча, пытаясь разбудить.
"С трудом разомкнув веки и обнаружив склонившуюся над ней Тоню, она нечленораздельно промямлила хриплым спросонья голосом:
— М-м-м? Чего тебе?
— Ты вставать собираешься или как? Твой будильник давно прозвенел!
— Да? — громко зевнула, будучи не в состоянии сдержаться. — Я не слышала…
— Слышала! — сочувственно улыбнулась ее соседка по комнате. — И даже отключила его. Но снова вырубилась в ту же секунду!
— Серьезно?
— Угу!
«Капец! Приплыли…»
Впрочем, ничего удивительного.

















