Тайна кита-оборотня

– Подожди минутку, сейчас переговорю со Скоттом, – ответила мать.

Секунды казались мне вечностью.

Раздался щелчок, и дверь в туалет открылась.

– Ты что, пытаешься нырнуть в унитаз? – В голосе Шари звучал неподдельный интерес. – Иногда мне тоже срочно нужно в воду, но не настолько же…

– Нет-нет! – крикнул я в ответ. – Всё хорошо. Сейчас приду.

– Тьяго, слышишь меня? Мы внесём пять тысяч долларов.

– Спасибо, спасибо, очень круто! – Спрыгнув с унитаза, я промчался по выложенному плиткой помещению обратно к камере Вейва. – Мистер Грейсон, какой номер счёта?

– Что? – Отец Финни от удивления чуть не разлил кофе.

Через несколько минут у моих родителей была вся необходимая информация… а я как одержимый записывал на каком-то старом конверте из мусорки имя и номер телефона. Имя принадлежало молодой адвокатессе, которая только недавно сдала выпускные экзамены и жила в нескольких часах езды к северу. Она не была оборотнем, но сочувствовала подросткам в беде.

Когда я положил трубку, сердце у меня ещё бешено колотилось, но теперь затеплилась надежда – внутри покалывало, будто я того и гляди частично превращусь. Пять тысяч долларов переведут родители, такую же сумму нужно ещё где-то раздобыть. Как-нибудь справимся."

"Но и сам разговор благотворно на меня подействовал. Неужели я выбрал верный тон для общения с родителями? Мог бы сразу сообразить, что с ними надо говорить прямо, а не ходить вокруг да около. Они обещали скоро приехать. Конечно, они не сказали, что рады – не стоит ожидать от них слишком многого. Но кажется, им интересно повидать нового Тьяго.

Услышав новости, Вейв немного успокоился, и мисс Уайт попросила:

– Расскажи мне всё о своих родителях. Нам нужно привезти их сюда, а для этого мне надо побольше разузнать об их привычках.

– Ты этим займёшься? Поищешь их? – с облегчением спросил мистер Гарсия. – Но у тебя на это не более суток.

– Я быстро плаваю, когда тороплюсь, – сказала мисс Уайт, вскинув брови. Вейв проговорил с ней почти двадцать минут, пока мистер Гарсия звонил молодой адвокатессе, а потом учительница сказала: – Хорошо. Отвезите меня к морю – я тут же поплыву на поиски.

Попрощавшись с Вейвом, мы поехали в Майами-Бич, где на пляже в это время суток были только чайки, пеликаны, кладоискатели с металлодетекторами и городские уборщики.

– Удачи, – пожелал я любимой учительнице и смотрел ей вслед, когда она вошла в тёмное море и отплыла подальше, чтобы на берегу никто не увидел её превращения.

На обратном пути я сидел между Финни и Шари. Нога Шари касалась моей – я чувствовал её тепло. Чудесное ощущение.

– Папа тебе ещё что-нибудь запретил? – обеспокоенно спросила Шари девочку-ската.