Тайный советник вождя

Сказывались определенные тенденции, да и основные авторы успели уже «отстреляться», начались повторы, перепевы. Но и при этих недостатках требования в мемуарной редакции по традиции оставались довольно высокими, правду истории старались соблюдать, отказывая порой даже именитым военачальникам, слишком уж «тянувшим одеяло на себя».

Году в шестьдесят седьмом или шестьдесят восьмом позвонил мне Георгий Константинович Жуков. Едва поздоровавшись, произнес саркастически:

— Знаете, кто Москву спас в сорок первом?

— Откуда бы мне? — шутливо ответствовал я, не очень-то удивившись тону маршала: в то время он был в опале, его роль всячески принижалась, он болезненно переживал, что его оставляют за бортом, фамилия не упоминается в связи с важными событиями минувшей войны.

Честолюбив был человек. Да и вообще, не справедливо.

— Так кто все же спас нашу столицу? — поинтересовался я.

— Новый объявился великий полководец. Лелюшенко.

— Дмитрий Данилович? Имел честь…

— Вы же с ним под Орлом были, хотите знать, какой он мудрый стратег, как он все тогда распланировал, как немцев угробил?!

— Статья? Или книжка?

— Рукопись мне дали на отзыв (сам Жуков тогда только начал работу над собственными воспоминаниями, к этому мы еще вернемся).

— Большая рукопись?

— Весь свой путь живописует от Москвы до Праги. Могу вам переслать суток на трое. Время терпит.

— Буду признателен.

— Через полчаса шофер выедет.

— Хорошо, через час встречаю. — От дачи Жукова, где опальный маршал был вроде бы заточен в те дни, до моего домишка минут двадцать езды по Успенскому шоссе."

"Не без любопытства читал я о том, как обдуманно и умело организовывал Лелюшенко оборону севернее Орла, как остановил вверенными ему войсками рывок Гудериана на Тулу, на Москву.

Основным принципом при этом, оказывается, была подвижная оборона по рубежам: так, дескать, решили на военном совете в корпусе, так, дескать, и сделали, измотав немцев. Предусмотрительность командования (то есть самого Лелюшенко), четкое управление войсками явились залогом достигнутого успеха.

Успех действительно был, а вот четкого руководства, предусмотрительности — этого нет. Думаю так: даже если бы не было Лелюшенко с его наскоро сколоченным штабом, ничто не изменилось бы в ходе событий, они развивались сами по себе, генерал далеко не всегда знал, где и что происходит, не успевал вмешиваться.

Ну, это уже хорошо, если руководитель по крайней мере не мешает умелым людям делать то, что они считают необходимым.

Военное издательство не взялось печатать книгу генерала армии Д. Д. Лелюшенко «Москва — Сталинград — Берлин — Прага». Почему? Вероятно, потому, что в ней было много спорного, неточного, противоречащего другим, более документированным произведениям (например, книга Я.