Тайный советник вождя

«В общем стабильное положение трех центральных армий Западного фронта и относительно спокойная обстановка там в начале второй половины ноября дали возможность командованию фронта использовать часть сил этих армий для переброски на наиболее угрожаемые участки на флангах фронта, где развернулись ожесточенные сражения. Однако было ясно, что и здесь с часу на час следует ожидать вражеского наступления»… Это не мои слова, это я цитирую В. Д. Соколовского, возглавлявшего тогда штаб Западного фронта и досконально знавшего обстановку.

Общее положение в период ноябрьских боев под Москвой было очень напряженным.

До предела? Нет, скорее почти до предела. Линия обороны прогибалась, отодвигалась назад, но противнику нигде не удалось прорвать ее. Фронт держался как единое оперативное целое, и это очень важно. Командующий вражеской группой «Центр» фельдмаршал фон Бок произнес тогда фразу, получившую широкую известность: «Исход сражения за Москву будет решен последним батальоном, введенным в бой с той или с другой стороны». У немцев в ноябре такого батальона не нашлось. Да что там батальоны, три вражеские дивизии, готовые к наступлению, были задержаны на длительный срок контрударом Белова. Значение этой операции, как говорится, трудно переоценить. Но почему же о ней не знают в народе, почему историки упоминают о ней редко и скупо по сравнению с другими, даже менее важными операциями? Тут редчайшее сочетание случайных и долгодействующих причин. Скажу лишь о некоторых.

Контрудар группы войск генерала Белова готовился в строжайшей тайне. О Белове, о его кавкорпусе ни в каких документах не упоминалось. Речь шла о контрударе 49-й армии генерала Захаркина.

Но какой там контрудар: возможности пехоты иссякли через двое суток. Однако история документально зафиксировала действия именно 49-й армии. Верно, Белов наступал в ее полосе, оперативно взаимодействуя с ней, но выполняла его группа приказы командующего Западным фронтом, подчинялась непосредственно Жукову и Ставке. Все руководство шло напрямик.

Сыграла, разумеется, отрицательную роль и строка, вписанная Жуковым в распоряжение о прекращении наступления. Помните:

«В связи с невыполнением задачи группой Белова…» Значит, очередная неудача, только и всего…

А каково мнение Сталина, имевшее решающее значение? Да просто не было тогда в той ситуации никакого мнения.

Здоровье Иосифа Виссарионовича, как мы знаем, колебалось на грани срыва. Он не способен был осмысливать всю обширную информацию, стекавшуюся к нему. Сосредоточился на том, что тогда представлялось главным. Волоколамское и Ленинградское шоссе, канал Москва — Волга были рядом, от событий там напрямую зависела судьба столицы.