Тайный ребенок олигарха

Повторяет за мной, отхлебывая из горла и откидываясь на спинку дивана. – Ты же, приятель, совсем в дрова. Случилось чего?

Молча отхлебываю и на минуту прикрываю глаза. Подсознание само воскрешает образ Эммы. С приоткрытыми губками после моего горячего поцелуя, с легким румянцем на щеках и смущением в глазах.

Смущением, б***ь! Я думал, таких девушек уже не бывает. А она вполне реальна. И даже отвечает мне взаимностью, она, сама того не понимая, все свои эмоции передавала через прикосновения, взгляды, отклик тела…"

"– Понятно, – пока я витаю в своих мыслях, Давид делает собственные выводы. – Учитывая, что ты сидишь тут и бухаешь в одинокого, вместо того, чтобы подписывать новый контракт за бугром, случилось. И, похоже, из ряда вон. Мне Степанцев весь телефон оборвал, дозвониться до тебя не может.

– В задницу пусть идет.

Снова отхлебываю, не чувствуя вкуса. Такое ощущение, что воду пью. Вторая по счету бутылка пошла, а я не опьянел ни на миг. А хочется иметь возможность отключиться и не знать, в какое дерьмо я вляпался и еще втянул в него девочку.

– Так в чем дело?

– Нормально все. Разберусь.

– Послушай, Тимур, – Давид снова заводится и на эмоциях делает внушительный глоток. – Я, б***ь, протащился через весь город, собрал нахрен все пробки, а ты тут играешь в героя-одиночку? Ни черта так не выйдет!

Молча сверлю взглядом друга, едва сдерживаясь, чтобы не втащить ему. Смачно так, от души. До хруста. Потому что последнее, что мне сейчас нужно, – промывка мозгов от Давы.

– Погоди, это что, из-за девчонки той? Как ее, Эмма, кажется?

Еще один бесполезный глоток. Этот засранец как будто тупым ножом ковыряет незажившую рану.

– Точно из-за нее, – нагло ухмыляется гаденыш, растягивая губы в кривоватой улыбке. – Да ладно тебе, Тимур! Что ж ты сразу в стакан полез-то? Ну, посрались, бывает. Потом будет…горячее примирение!

– Не будет.

– Да что ты, как баба, раскис?! Да, девчонка с характером, это невооруженным взглядом видно, но…

– Дело не в Эмме, – перебиваю Давида, откидывая голову на спинку дивана и прикрывая глаза.

Ненароком всплывают картинки из самого жуткого прошлого. В этот раз не тянусь даже к бутылке. Знаю, что их ничем не заглушить. Это мой персональный адовый котел, в котором я варюсь вот уже пять лет.

– А в чем?

– Во-первых, в Ильшате Айдарове.

Давид хмурится, вздергивает бровь и смотрит на меня, как на идиота.

– А он тут причем? Ну, влиятельный мужик, да, с характером, чтит традиции свои, но…

– Проблема не в нем. А в его дочери. Айлин. Которая решила, что у нас отношения и ей обязательно надо за меня замуж. Решила надавить через папочку.

– Да ну нахрен?! И ты прогнулся?! Слушай, даже в моих горах давно никто не живет по таким законам.