Тайный ребенок олигарха

– Эммочка, здравствуй! – меня отвлекает жена одного из партнеров Славы, и мне приходится высвободиться из его объятий и отвернуться. Чему я и рада. – Потрясающая работа! Все так продумано до мелочей, так стильно, что, уверена, ресторан Славочки станет моим любимым местом! Я определенно буду возвращаться снова и снова, даже если просто посидеть!

– Спасибо, Нина Марковна, мне очень приятно, что вы так высоко цените мою работу! Это дорогого стоит, поверьте.

Мы еще обмениваемся дежурными вежливыми фразами, обсуждая все и сразу, как за спиной слышу голос Славы:

– Тимур, друг! Рад видеть! Молодец, что приехал!

Вздрагиваю всем телом. Наверно, у меня выработалась пожизненная аллергия на это имя. Неплохо бы сделать прививку от него, чтобы воспоминания не накатывали лавиной и не вызывали такой шквал боли.

А потом я слышу голос.

ТОТ САМЫЙ ГОЛОС. От которого мурашки по всему телу и тугой узел удовольствия внизу живота. Так было только с одним мужчиной в моей жизни.

С Тимуром Кадыровым.

Эмма

– Здравствуй, Слава. Поздравляю с открытием ресторана. Достойное заведение.

– Это все заслуга дизайнера. Ее работа от и до. Мне оставалось только соглашаться и восхищаться. Идем, я вас познакомлю.

Сердце пропускает удар, а потом колотится как сумасшедшее. Я замираю на месте, зажмуриваясь, надеясь, что это поможет мне стать невидимой. Но я же ни черта не в сказке, да? И поэтому суровая реальность с удовольствием и со всего размаху бьет меня по голове.

Резко оборачиваюсь, чтобы убедиться, что я все придумала. Накрутила сама себя. Выдаю желаемое за действительное. Что у меня галлюцинации, в конце концов.

Но хрена с два.

Передо мной – призрак прошлого. Мой самый страшный кошмар.

И отец моего ребенка, который сейчас активно пинает меня в печень, что хочется поморщиться от боли.

– Эмма, познакомься, это Тимур – мой лучший друг…

Едва я осмеливаюсь посмотреть на мужчину, как тут же натыкаюсь на темный дьявольский взгляд. Который буквально ощупывает меня с головы до ног. И задерживается на моей талии. Тут же хочется прикрыть живот двумя руками. Защитить то самое дорогое, что осталось в моей жизни. Но тогда я выдам себя с головой. А я не хочу и не собираюсь говорить Кадырову о сыне. Он его не заслуживает.

Внимательнее присматриваюсь к Тимуру, и я понимаю, что за это время кое-что изменилось в нем. Его глаза по-прежнему темные, как самая непроглядная тьма, и арктически холодные. Но в них больше нет ничего живого. Он смотрит отрешенно и равнодушно. А раньше я могла растопить его лишь одной своей улыбкой…Вызвать те эмоции, которые никто и никогда не видел от всегда собранного и держащего все под контролем Тимура Кадырова.

Но это было давно. В прошлой жизни.