Тень Великого Древа (СИ)

Нет, две семьи! Вихорь точно так же погиб из-за Хармона, Луиза с детьми пустилась на произвол судьбы. А уж о Полли и говорить страшно…

Хармон вынул из глубины багажа камзол Молчаливого Джека - он всегда помогал пережить трудный день. Салем спросил: герб Ориджинов? Хармон сказал: да, снял со скелета в темнице. А Салем сказал: можешь выбросить, это уже не ценность, Ориджинов бьют на всех фронтах, половину империи скоро завалят трупы с такими вот гербами. Хармон, знавший только двух Ориджинов – девушку и скелета, - все равно расквасился от этих слов. Сказал:

- Тьма холодная, а не жизнь! Зачем боги сделали так, что постоянно кто-то гибнет!

Салем ответил:

- Эх, брат… Я никому не желал зла, а вот как повернулось… Страшная штука – судьба.

"

"Словом, стали они плакаться друг другу, для полноты чувства заказав вина.

Была распита бутылка и начата вторая. Хармон миновал ступени жалости к себе и жалости к другим, и спустился в ту глубину, где уже слегка тянет плюнуть на мертвые кости.

- Если так разобраться, - сказал он, - у Полли имелись свои недостатки. Выбрала Джоакина, а не меня, что значит – была она изрядной дурехой.

Я ей прямо намекнул: «Джоакин грезит об Аланис, а тебя использует, как подстилку» - и даже тут она не опомнилась. Из этого что следует? Пропади она пропадом, кура слепая!..

На исходе второй бутылки Салемова броня доброты тоже дала трещины. Он все еще никому не желал зла, но отношение к супруге слегка изменил:

- Скажу тебе, брат Хармон: я в обиде на нее. Покою мне не давала, все виноватила. Гречка не всходит – моя вина, куры не несутся – тоже моя, стена просела – снова Салем плохой. Детей не можем зачать – даже тут она ко мне с нападками! А я-то делал все, что нужно, да без толку, как в сухую землю.

Потом она ушла… Знаешь, брат, что обидней всего? Она, поди, своему мародеру теперь говорит: какой плохой был Салем, на счастье убежала!

Хармон ответил:

- У Онорико-Мейсора была такая же беда с супругой. Никак не мог угодить, вечно она недовольна. Даже на улицу его выгнала… Теперь пускай без мужа попробует! Каково одной с двумя детьми, а? То-то же!

- Но ты же говорил, Онорико из-за тебя погиб…

- Ну, не совсем из-за меня. Коли разобраться, то он и сам виноват.

Я ему говорил: меня ищут, будь осторожен, следов не оставляй. А он поперся к супруге на Весеннюю Зарю, весь в белом – вот и попался ищейкам на глаза. Выходит, по своей дурости погиб.

Тут Салем призадумался, поскреб затылок, хлебнул вина.

- Если так посмотреть, то и я не особо виноват. Люди сами восстать решили, я им не указ. По своей воле пошли бунтовать, а потом грабить… Они меня даже под замок посадили!

Хармон стукнул себя в грудь и стал перечислять, сколько раз его сажали под замок.