Тень Великого Древа (СИ)

Шаванам сулил штурм Первой Зимы, альмерцам – священный поход в память погибшего приарха. При закатниках особо расписывал свой полет на Звезду и свидание с Сестрицей смерти. И всем без исключения он говорил:

- Теперь мы непобедимы! Наша сила огромна, и растет с каждым часом! Весь праведный люд становится под наши знамена!

Голуби стаями взлетали над замком. Во все города и веси Империи они несли весть о чуде воскрешения. Каждого, кто хочет сражаться за святое дело, призывали под флаги Избранника. Первые отряды окрестных лордов уже начали стягиваться в город. Закатный Берег слал генералу Хорису дополнительный полк.

Из Нортвуда подошел отряд боевого братства Вильгельма.

- Слава Избранному! – кричали воины, жадно предвкушая победы.

- Слава Избранному, - повторяли за ними горожане.

Состоялись похороны приарха Альмера. Они обещали стать жутким событием – хотя бы потому, что тело архиепископа кишело паразитами. Его нельзя было видеть без содрогания, а уж тем более – прикасаться к нему. Даже опытный мастер Сайрус не нашел как поступить. Но граф и тут оказался на высоте положения. Он договорился с монахами, устроил всенощный молебен, а затем предал тело очистительному огню Перстов.

Прах Галларда Альмера бережно собрали. Большую его часть с великими почестями переслали в Алеридан для захоронения, но оставили в замковой часовне малую урну с пеплом. Те, кто приходил сюда молиться святому Галларду, получали особое благословение: монах опускал в урну кончик пера и ставил на лоб прихожанина крохотную пепельную точку. Считалось, что сам Праотец Вильгельм коснулся человека.

- Слава Избранному! Слава Галларду-мученику!

Прощенный графом Пауль снискал свою долю славы.

Шаваны убедились, что он – самый настоящий Гной-ганта: кто еще смог бы выжить с ножом в затылке? Это впечатлило их даже больше, чем воскрешение Шейланда: ведь граф ожил при помощи Предметов, а Пауль – своими силами. Но никто, кроме шаванов, не верил в Гной-ганту. Шейландцам и северянам было сообщено, что Пауль – это вестник богов, посланный в наш мир, дабы определить Избранного. Он менее велик, чем граф, хотя тоже свят. Целых три святых покровителя разом появились в Уэймаре!

- Слава Избранному! Слава мученику! Слава вестнику!.

.

Благоговение и вера в чудо разливались над городом, будто утренняя заря. И чем ярче сиял граф Шейланд – тем хуже становилось на душе Джоакина. Путевца глодала совесть.

Прежде Джоакину случалось совершать сомнительные поступки. Он расстреливал кайров Перстом – но иначе-то было нельзя. Избил леди Иону – но только по приказу лорда Мартина, а еще потому, что она сама спровоцировала. Ел мертвечину вместе с Хаш Эйлиш – но ведь не знал же!.. В день воскрешенья графа Джоакин сделал нечто действительно плохое.