Тень Великого Древа (СИ)

Барон Фейрис должен принять вас, как собственную родню!

Хайдер Лид отвесил благодарный поклон, а офицер спросил доверительно:

- Капитан, скажите, правда ли, что Лиллидеи решили породниться с Флеймами? Если так, то это прекрасная новость!

* * *- Прекрасная новость, ты согласен, милый? – спрашивала Тревога, примостившись в седле позади Эрвина.

- Абсолютно, - отвечал он. – Суди сама: Нексия красива, Джемис силен, и вместе у них наберется почти столько ума, как у меня. Следовательно, их дети выйдут почти как агатовцы: сильные, умные и красивые.

- Агатовцы сильны? – удивилась Тревога.

– Твой пример не подтверждает этого.

Эрвин пропустил мимо ушей.

- Смотри дальше. За Нексией дают искровый цех. Я освобожу Джемиса от военной службы в обмен на уплату налога. И получу десятину искровых доходов, которую смогу тратить на пьянство, разврат и карточные игры.

- Но Джемис получит искровый цех, а ты - нет. Они с Нексией всегда будут знать, что подарить тебе на праздник: ящик-другой свечей. Неужели ты готов настолько упростить им жизнь?

- Третий довод. Коль скоро мы с Джемисом друзья, то я часто будут гостить у него. Хорошо, что его супруга приятна в общении и радует глаз.

Представь, что бы было, если б он женился, например, на Молли Флеминг! Пришлось бы при каждом визите целовать в щеку корову.

- А вы с Джемисом – друзья? - уточнила альтесса.

Тут она попала в больное. Со дня конфликта из-за Гвенды прошло две недели, и за это время кайр Лиллидей ничем не выдал своих дружеских чувств. Он был с герцогом безукоризненно вежлив, мигом исполнял любые приказы, но ни на шаг не выходил за грань субординации.

- Когда славная Гвенда, Дева Перста, сокрушительница Кукловода, прыгнет к Джемису в постель, он сразу поймет, каким был идиотом, и прибежит просить прощения.

Наша дружба вспыхнет с новой силой, я стану почетным гостем на его свадьбе и свидетелем на родах первенца.

- Так вот на что ты надеешься: Гвенда обойдет Нексию и заберет Джемиса себе? Я бы не ставила на это.

- Как же ты глупа! Пойми, наконец: мне все равно!

Такого рода беседа случилась меж ними не впервые. Джемис взялся за дело давно - сразу после той памятной ссоры. Он буквально прилип к девушке и не отходил ни на шаг всю дорогу от Трезубца. Джемис был хмур, суров и упрям.

Во всех его действиях читалась бычья злоба и желание расквитаться с герцогом. Как цепной пес, он следовал за Нексией. Она умывается - он льет воду. Она в дорогу – он седлает коня. Она к столу – он насыпает в ее миску. Она спать – он тоже спать. Не с нею, конечно. Проводит до шатра, поклонится – и к себе."

"Эрвин смотрел снисходительно и даже с сочувствием. Во-первых, ясно, что Нексия не влюбится в Джемиса - ее тонкой душе претит тупой напор. Во-вторых, тревожно за Лиллидея: он слишком явно показывает гнев.