Тень Великого Древа (СИ)

«Отрекаюсь в пользу Адриана! Он – наш владыка!» Все отдала вмиг, без колебаний… А хрустнуло во мне через десять минут. Первая ниточка порвалась, когда лорд-канцлер сказал: «Адриан – трус. Он даже не явился защитить Менсона». И я впервые подумала: он также не явился помочь мне. Все беды мира легли на легли на мои плечи – а у него нашлись дела поважнее…

- Как дела во вверенном вам городе, бургомистр? – спросила Минерва, по праву императрицы сказав первое слово.

Она хотела звучать насмешливо, но вышло хрипло и хрупко. Адриан снял шлем, встряхнул темною гривой:

- Чувство юмора верно вам, миледи.

Но сложно наслаждаться им с расстояния. Не спуститесь ли?

Он протянул ей руку, будто желая помочь сойти со стены. Парочка бешено замотал головой: нет, детка, не смей! Мира и сама знала: высота стены – спасение. Пока Адриан стоит ниже, она защищена от его власти.

- Мне хорошо здесь, милорд. О чем вы хотели поговорить?

Он произнес с сокрушительной мягкостью:

- Я прошу вас вернуться.

- В Фаунтерру?

- Нет в то время, когда мы были друзьями.

В горле пересохло. Мира потеряла слова.

- Мы понимали друг друга, как никто. Каждая беседа была отрадой для души.

Я наслаждался вашим умом, а вы – моим. Ничто не изменилось! Все пути по-прежнему открыты для нас!

Мира задохнулась. Она готовилась язвить и высмеивать, стыдить Адриана за трусость, властолюбие и самодурство, упрекать исчезновением… Весь яд испарился без следа, Мира смогла выдавить одно:

- Теперь вы женаты, милорд.

То было идовски плохо. Худшее, что можно сказать. Эти слова оставляли за Адрианом всю моральную правоту, сводили обвинения Минервы к банальной, глупой женской ревности. Он развел руками:

- Кто из нас лишен недостатков? Вы сами знаете: брак императора – политический акт.

К любви он не имеет отношения.

К любви… Убийственно тонкий намек. Если б сказал прямо: «Я люблю вас», - грубая лесть отрезвила бы ее. Но сказано одно слово: «любовь», - за которым можно домыслить что угодно.

- Милорд… Между нами невозможно…

Адриан положил шлем на сгиб локтя – как рыцарь на ристалище после турнира, ожидая цветка из рук красавицы. Каким-то чудом он обратил в успех даже низость своего положения.

- Наши противоречия неразрешимы… вы должны признать…

Адриан терпеливо ждал, пока Мира сама запутается в словах.

Парочка, прячась за зубцом, толкнул ее в спину:

- Детка, не раскисай!

- Милорд, - наконец, выдавила она, - вы должны признать мою власть.

Адриан прижал руку к сердцу:

- Я признал ее давным давно.

- Не путайте меня! Я не в этом смысле…

Он поймал ее взгляд, как змея ловит мартышку:

- Важна только близость душ. Прочее не стоит и пыли!

- Милорд, вы… вы бросили меня!

Адриан улыбнулся, превращая в тесто последние косточки ее тела:

- Виноват, миледи: я был убит не вовремя.