Тень Великого Древа (СИ)

- Я устал, - тихо сказал Эрвин, – очень устал слышать ваши угрозы. С того дня, как сделался герцогом, я предлагаю Степи только мир. Вы упорно считаете это моей слабостью.

Он пошел вдоль строя пленников, роняя слова:

- Наравне с вами я бился против Адриана. Когда Минерва просила разгромить вас – я отказал. Когда ганта Гроза попытался меня убить – я простил его. Две недели назад я пришел под стены Рей-Роя, чтобы предложить союз…

Один из шаванов ухмыльнулся – да так и застыл с перекошенной рожей. За один вдох Эрвин всадил клинок в грудь и выдернул обратно, и двинулся дальше, не глядя, как оседает наземь мертвое тело.

- Да, сожри вас тьма, я пришел в Рей-Рой с миром! Вы атаковали меня, даже не дав сказать. Но мы разбили вас и отняли Перст. Затем я пришел в эту деревню – и пощадил всех жителей, даже тех, кто узнал мою тайну. Вы снова напали…

Еще один пленник пошевелил челюстями. Глас Зимы только этого и ждал. Взлетел искрою и опустился, оставив борозду поперек горла.

- Зачем?.. – удивилась альтесса.

- Он хотел в меня плюнуть.

- А по-моему, просто сглотнул от страха.

- Значит, ему не повезло.

Эрвин шел дальше вдоль строя и говорил все громче, наполняя голос силой и злобой:

- Вы кидаетесь на меня, как чертовы дворовые псы! Гной-ганта – жестокий зверь, и вы лижете ему пятки.

А я милосерден – значит, слаб? Вы уверены в этом?

Шаван дернулся – бежать или напасть, теперь не разберешь. Он захлебнулся стоном, когда клинок вонзился в его брюхо. Глядя в глаза умирающему, Эрвин провернул Глас Зимы:

- Как по-твоему, я слишком милосерден?

Тот затрясся в агонии, издал жуткий хрип. Эрвин выдернул клинок, позволив телу упасть.

- Коль вы собаки, мне придется лаять. Скажу на языке, понятном вам.

Если снова полезете ко мне – я раздавлю вас, как червей. Если Гной-ганта вернется – раздавлю и его. Если с ним будет сорок тысяч всадников – я положу в пыль всех до единого!

Кузнец Бершан раскрыл рот – и Глас Зимы с радостным свистом метнулся в воздух. Полоса дымчатой стали вошла точно между зубов кузнеца, но не задела плоть. Острие меча остановилось во рту, почти касаясь языка.

- Ты желал что-то сказать? – осведомился Эрвин.

- Прости нас, - сказала жена кузнеца, сгибаясь до самой земли. – Гной-ганта принес беду. Ондей зря пошел за ним.

- Ондей пошел за ним потому, что Гной-ганта – зверь.

Но волк – тоже зверь. Намного опасней червя.

Ориджин взмахнул мечом, сметая кровь с клинка, и убрал его в ножны.

- Вы свободны. Ступайте и расскажите всем: вы видели последний раз, когда герцог волков проявил доброту. Это чудо больше не повторится.

Меч - 1

Июль 1775г. от Сошествия

Уэймар

Едва судорога оргазма прекратилась, Джоакин Ив Ханна вышел из альтессы и откатился в сторону. Перевел дух, смахнул с лица обильный пот. Стояла душная июльская жара, комната напоминала парилку.