Точка Бифуркации V (СИ)
Пятая книга серии. Реинкарнация есть повторное воплощение души ранее умершего разумного. Сторонники этой теории полагают, что каждый человек в нашем мире попаданец. Быть попаданцем в моём прошлом мире было не очень интересно: ни тебе космолётов, ни эльфиек, ни на худой конец гномов. Даже на Рождество. То ли дело этот мир! Нет, эльфиек и гномов тут, к сожалению, тоже нет, но Магия! Тут есть магия! Мне, правда, завтра в школу, да и светиться особо нельзя... Но это всё мелочи, я силой мысли предметы двигаю!
Сюрприз, ожидавший внутри был мне известен заранее благодаря Кали. Очередной энергетический слепок, надеюсь содержащий в себе хоть какие-то знания или память, что могут оказаться для меня полезными.
Едва я вошёл в зону его видимости, как человекоподобный фантом с лицом мужчины преклонных лет моментально сократил со мной дистанцию.
— Потомок. — констатировал он, едва не упираясь в меня своим лбом.
— Что охраняете? — неожиданно для себя полюбопытствовал я, осторожно отодвигаясь от зависшей перед лицом сущности на полметра назад.
Дело в том, что раньше эти фантомы особо-то со мной не разговаривали…
Что касалось моей компании, то Кали была занята делом — летала по пещере в поисках чего-нибудь ценного. А Боба со Стёпой, статуями застыли у меня за спиной, беззвучно наблюдая за происходящим. Астапов, к слову, так был заинтригован, что с момента входа в пещеру, кроме пары дежурных вопросов больше ничего и не произнёс.
— Склад. — коротко бросил неожиданный собеседник.
— Там есть что-то ценное?
— Есть и много.
— Ну-у… тогда отворяй? — огляделся я по сторонам в поисках двери.
Но никаких дверей, как бы я не приглядывался, нигде видно не было.
— Он здесь. — переметнувшись к одной из стен пещеры произнёс фантом и следом же добавил. — Открыть не могу.
Приблизившись к указанному месту, я обнаружил самую обычную пещерную стену, с небольшой чашей у её основания. Последняя была будто бы вырезана прямо в скале и являлась её неотъёмной частью.
— Эм… а знаешь как?
— Знаю.
— Гарма…?
— Его. — указал своей прозрачной конечностью на ежа собеседник.
Возникла максимально неловкая пауза, вовремя которой все присутствующие стали настороженно переглядываться.
— И много надо? — нахмурившись поглядел я в сторону, как мне показалось, помрачневшего пуще прежнего Бобика.
— Пока не испустит дух. — безэмоционально бросил резко разонравившийся мне слепок души предка, и будто бы между прочим добавил.
Повернувшись к Бобику я оглядел своего колючего друга, несомненно ставшего таковым за прожитые годы, а затем вновь повернулся к стене, скрывающей за собой неизвестность. То, что предок мне не врал на счёт хранившихся за ней ценностей, я был почему-то уверен.

















