Точка Бифуркации XIV

Самому интересно, что с вами всеми за это время стало. Уж порадуйте старика.

— Ты, дядя, давай не это самое. Никакой ты не старик, — бросая в сторону начальника безопасности лукавый взгляд, пожурил его я.

Дядя на это лишь одарил меня своей улыбкой и, остановившись возле одного из кресел, установленных на террасе, неспешно в него уселся.

— Снимайте барьеры, ребята. Зелёнку, надеюсь, с собой прихватили? — тем временем бросил я, делая несколько шагов к центру зелёной поляны, на которой и будет проходить наша тренировка.

Короткая пауза, обмен взглядами — и схватка началась.

Сначала медленно, в несколько неспешном ритме, словно давая друг другу разогнаться, но затем всё быстрее и жёстче, и вот мы уже закрутились в боевом танце.

Играть в поддавки у нас принято не было — это медвежья услуга, которая рано или поздно может выйти боком, а потому атаки друзей, сыпавшиеся на меня со всех сторон, были изначально жёсткими и нешуточными.

Первая попытка парней меня окружить успехом не увенчалась: срезая углы и плавно смещаясь, я старательно вынуждал их биться плечом к плечу, периодически мешая друг другу.

— Эй! Я чувствую, что ты даром пользуешься! — одарив меня одновременно осуждающим и смеющимся взглядом, бросил Максим.

На самом деле, телекинез я использовал процентов на десять — как в турнирных схватках, в которых это всегда делалось неявно, чтобы не быть снятым с соревнований судьями. Впрочем, парни тоже пробовали это делать, но, в отличие от меня, с отрицательным успехом.

— Это ещё что, я ещё и так умею.

На этих словах я, принимая на меч удар Стёпы и отводя его в сторону, резко ударил его коленом в живот, а Максима, который оказался в ходе этого манёвра за спиной Астапова, подтолкнул телекинезом на нас, отчего оба тела товарищей столкнулись и повалились на пол.

В следующую секунду мой клинок оказался у их лиц.

Парни были тренированными, так что для них обоих эта атака прошла практически безболезненно, но недовольство на лицах друзей проявилось нешуточное.

— Извините. За прошедшее время стиль моего боя претерпел некоторые изменения. И что-то мне подсказывает, что ввиду прогрессирующего инопланетного вторжения, аристократическая, благородная модель поединка быстро станет неактуальна.

На войне так не дерутся, — задумчиво добавил я, отмечая как парни вновь возникли передо мной, покручивая клинками в руках. — В общем, давайте-ка биться без всяких ограничений.

Естественно, друзья умели сражаться по-всякому — мы ведь не единожды участвовали в довольно масштабных битвах. Но так уж почему-то сложилось, что в своих спаррингах ранее мы отрабатывали более классические схемы боёв. Сегодня мне захотелось это изменить."

"Следующие двадцать минут прошли на пределе.