Телохранитель для дочери генерала драконов

Рядом кто-то ходил. Я видела передвигающиеся тени. Женский крик. Такой жуткий, что я задрожала и заплакала. И тьма, ползущая к выходу. Моя тьма. Она стремилась туда, на поляну с белым камнем, густо политым кровью десятка женщин...

«Сестра», — шепнула малышка, возвращая меня из мрака прошлого.

— Сестра, — повторила я, зная, что значит это обращение. — Иди наверх по небесной дуге, и там тебя встретят с молоком и мёдом.

Не понимала, откуда эти слова. Но я точно знала: так правильно."

"Она опустила голову и вдруг, обратившись бесформенным сгустком, облетела вокруг, врезалась в мою грудь, отдавая предсмертную боль, и взметнулась вверх. Мгновение — и она растворилась.

Я выдохнула. Из моего рта вырвалось облачко пара. Снова налетел дождь и ветер.

Руни так и стоял, не меняя позы. Его губы шевелились. Он шептал одну и ту же фразу. Души кружились над ним, выговариваясь.

В порывах ветра я могла различать их голоса, полные ярости и страха.

Растерев грудь, вытерла с лица слёзы и оглянулась на перину. Да, я могла бы вернуться туда и спрятаться вместе с котом, но не позволяло мне это сделать одно слово, произнесённое убитой малышкой:

«Сестра».

— Боль своих приму как свою, — повторила я и спрыгнула на землю.

Ветер ударил в лицо, мешая идти. Но разве меня бы это остановило? Я упрямо передвигала ногами, стирая с лица слёзы, смешивающиеся с дождевой водой.

Остановившись за спиной своего волка, обняла его, уткнувшись лбом между лопаток.

— Касси, — хрипло шепнул он. — Спрячься...

— Т-ш-ш, — выдохнула и выпустила то, что рвалось из моей груди.

Тёмная магия стремительно расползалась по его телу, защищая и оберегая.

— Идите наверх по небесной дуге, и там вас встретят с молоком и мёдом, — чётко произнесла, подняв голову.

Души тёмных заметались с новой силой. Они врезались в нас, пролетая насквозь, оставляя боль — одну на двоих.

Руни шептал молитву на непонятном мне языке. Но её смысл я чётко улавливала. Он отправлял их в лучший мир. Туда, где их ждало перерождение. Очищал от скверны ритуальной смерти.

— Идите... — вторила я ему, — идите, сёстры, по небесной дуге, там вас уже ждут наши предки с молоком и мёдом. Идите, сёстры... идите...

Чёрная буря стихала. Ветер выдёргивал кусты с корнем. Бил по телегам, пытаясь опрокинуть и их. Дождь лупил по земле. А небо пылало от вспышек молнии.

Вся эта мощь словно проходила через наши тела, оставляя свой след. Боль, отчаянье, обида и ужас.

Горечь за отнятую жизнь. Страх за близких.

«Это была одна семья» — вспыхнуло в моей голове.

И такая ярость проснулась в душе. Забытое чувство. Желание отомстить. За себя, за мать!

Убить. Уничтожить.

Мои руки покрывала яркая бирюзовая чешуя, в ней отчётливо виднелись чёрные вкрапления.

Только вот это была не моя драконица. Это я сама!

Не было у меня второй души. Давно уж.