Телохранитель для дочери генерала драконов

В моих глазах медленно разгоралось красное пламя.

— Подойди! — приказал я.

Зверь вздрогнул всем телом. Его походка была неуверенной. Он сопротивлялся, но при этом не мог не подчиниться.

— Обернись! — мой голос походил на рык.

Сияние, и передо мной стоял косматый одичалый с кровавыми глазами. Разум там, если и остался, то частично. От человека в нем было совсем мало.

— Женщина, которую ты забрал у меня, куда ее несут?

Он затряс головой.

— Говори! — мой голос стал тяжелее.

— Росомахи, — я едва различил его шепот. — Она дала мне свободу. Она отпустила.

И снова этот дикий взгляд багровых глаз.

— Она? Тебя? — взревел я.

Он затряс косматой головой.

— Зачем она росомахам?

Тяжело дыша, я все пытался понять, как она могла отпустить его?

— Ритуал, — медведь оскалился и затрясся, — чтобы мы рабами стали. Чтобы не сопротивлялись и не могли уйти. А она отпустила, — он с силой ударил себя в грудь кулаком. — Она отпустила на волю.

И убить бы его, но...

В ушах стояли его слова. Воля. Его зверь желал свободы. А человек... Я его даже не чувствовал.

— Росомахи, значит, — выдохнул. — Я приказываю тебе совершить свой последний оборот и уйти подальше от людей. Ты больше не оборотень. Теперь ты только медведь.

Он просиял как безумец. Сияние, и передо мной снова стоял косматый зверь."

"— Уйдешь туда, где нет людей, — повторил я приказ.

Зверь зарычал и сорвался на бег.

Возможно, я был не прав, но в голове была в этот момент только лишь одна мысль: Кассандра дала ему свободу. И отбирать ее я не имел права, потому как слово истинной не может быть ниже моего.

Глава 109

Орина Кассандра

Я сидела на земле и смотрела вперед не мигая. Губы искажала усмешка. Ну, в этой клетке хотя бы стоять можно в полный рост. Правда, на этом все удобства и заканчивались. Скрепленные между собой прочные тонкие стволы не давали шанса на побег.

И не подожжешь — увидят, и не сломаешь — сил не хватит.

Есть хотелось. Живот сводило, но это такая малость по сравнению с тем, как горела моя спина. Лежать невозможно — ломало.

Моргнув, выдохнула. Взгляд блуждал между деревьями, нет, я не следила за бешеными, мне было ни к чему.

— Ты кого-то ждешь? — раздался рядом детский голосок. Я вздрогнула, потому как повернуть голову сил не было никаких. И дело не в боли, а в страхе.

Рядом с клеткой была яма. Обычная. Широкая, закрытая решеткой из стволов молодых осин. Но меня пугала не она, а то, кто сидел в ней.

Ведьмы.

Моя челюсть задрожала. Теперь я осознавала, откуда была та черная магическая буря и кто проводил обряды над бедными женщинами. Вспомнилась и душа девочки, что жаловалась мне. По щеке скатилась слеза.

— Ты плачешь, — не унималась малышка. Ее никто не одергивал. Ведьмы сидели с белыми лицами и, казалось, уже простились с жизнями.