Телохранитель для дочери генерала драконов

Нет, ножа у него не было, но я хорошо рассмотрела, что для убийства он ему и не нужен. Мужчина не двигался. Он ждал. Наверное, моего ответа.

Отпустив веревку, я пыталась понять, что происходит. Мысли, метавшиеся в панике в моей голове до этого момента, вдруг замерли и как-то разом развеялись. Ни одной не осталось. Как-то не так он себя вел. Это резко успокоило. Не разговаривают с теми, кого хотят убить. Или я ошибаюсь?

Подняв голову, выжидающе уставилась на него, опасаясь даже моргнуть.

— Девочка, — перевертыш присел. — Веревка. Ее проще перерезать. В тебе крохи магии - сил не хватит пережечь."

"— Я знаю, — выдавила из себя и как-то виновато добавила: — Но ножа не нашла... — А искала? — Он склонил голову набок.

Мой взгляд невольно метнулся в сторону мертвяка. Он все еще лежал неподалеку. Чужак повернул голову и нашел, куда я смотрю. Поморщился, видимо, заметил явные следы волочения. Я там каблуками ботинок небольшие ямки оставила в земле.

— У него искала? — Он улыбнулся шире.

Я кивнула, испытывая неловкость.

— В карманах, — зачем-то уточнила. — Но там только сухари и несколько монеток.

— Ну ты даешь! — он тихо рассмеялся. — Молодец. Быстро соображаешь. Но запомни: оборотни, почти все, носят нож в сапоге. Вот у меня смотри. — Он поднялся и наклонился. Я мгновенно напряглась, но вместо ножа он показал мне утопленные в сапоге ножны. — И у него там же. Надо проверить, к слову. Его я еще не обыскал.

Он отошел от меня и, подойдя к мертвому бешеному, к моей досаде, быстро вынул клинок из его растоптанного ботинка. Я себя такой дурехой в этот момент почувствовала. Сколько ехала в этой железной клетке, даже не удосужилась заметить, что и откуда эти псы вынимают. А ножами они пользовались часто. Пока я корила себя за несообразительность, оборотень проверил карманы покойника и вернулся ко мне. Но не приближался, держался на расстоянии нескольких шагов.

Улыбнувшись, он присел на корточки, перекатываясь на носки. Покрутив в руке найденный клинок в потертых ножнах, убрал его в свой сапог. Поежившись, я вновь схватила веревку. В душе творилось нечто странное. Одурманивающий страх исчез. А на его место пришло смятение. Вот чего от него ожидать? Хотел бы убить — уже мертвой лежала. Снасильничать?

Прищурившись, я сильнее сжала свою удавку. Он это заметил.

— Боишься меня?

Я слабо кивнула, сомневаясь, стоит ли вообще отвечать на его вопросы.

— Зря! Я не обижаю невинных малышек, — он тяжело выдохнул и осмотрел пространство поверх моей головы. — Но у нас с тобой небольшая проблема.

Он умолк и выжидательно уставился на меня. Немного помолчав, я все же не выдержала:

— Какая?

Он слегка подался вперед и уперся в землю коленом. Вздрогнув, я невольно отползла. Это ему не понравилось. Приподняв бровь, он замер.

— Все, не шевелюсь. Не пугайся.