Транспортный вариант

— Теперь влево, — сказал начальник строительного управления, сидевший рядом с шофером. — Теперь близко.

Поворот делали тем не менее удивительно медленно.

Зеленый сигнал светофора открывался на считанные секунды и, пропустив машину-другую, снова направлял транспорт в главных направлениях.

«…Откуда на бугре начиналось уродливо вытянутое двадцатиподъездное здание…» — Денисов мысленно сверил местность с описанием в пространном эссе адвоката.

— Посмотрите, — строитель обернулся к Денисову.

В глубине жилого массива показалась достаточно высокая труба с двумя поперечными полосами.

— Сейчас будем на месте, — сказал шофер.

Двадцатиподъездных зданий в Москве насчитывалось много. Странствия Ниязова по кабинетам и этажам исполкомов ни к чему не приводили, пока он не попал к начальнику управления, который сидел сейчас здесь, в машине.

Шоферу наконец удалось сделать поворот. С правой стороны улицы потянулись однотипные многоподъездные здания. Левая часть была не застроена — стройплощадки, мачты высоковольтной передачи.

Еще дальше Денисов увидел остановку автобуса.

Похоже, они действительно приближались к пункту, обозначенному Шерпом в его записях. За автобусной остановкой начиналась холмистая местность, постепенно опускавшаяся к железной дороге.

— Здесь, — показал строитель.

Они затормозили. Два десятка однообразных, отделенных равными промежутками подъездов впереди напоминали перфорацию киноленты. Дом стоял на возвышенности. От дороги к нему вела узкая тропинка.

— В пятидесяти метрах против автобусной остановки виадук. Внизу железнодорожная платформа.

— Спасибо.

— Остаетесь? — спутник Денисова, прощаясь, протянул через спинку сиденья руку. — Звоните.

Развернувшись, машина со строителями проскочила назад, к шоссе.

«Я увидел очень четкое и необыкновенно отчетливое изображение окружающего, — Денисов сверился с записями. — Белые дома слева и пустырь по другую сторону дороги. Все было резко: и выведенные, — как по линейке, абрисы окон, и огромная, выкрашенная в два цвета труба, и крыши домов, и платформа».

Сомнений не было: именно отсюда Шерп наблюдал за кем-то, думая о нем как о ребенке:

«…Он бодро топал, маленький, чуть ссутулившийся, оборачиваясь ко мне через каждые тридцать — сорок шагов, постепенно возвращаясь в свой образ».

По поводу направления движения Денисов не колебался: здесь была только одна тропинка, обозначенная четкой черной дугой. Снег на ней был вытоптан еще утром или накануне.

Пока Денисов шел к дому, никто не встретился ему, не обогнал.

Тишина холмов вдали нависала над микрорайоном, поглощая привычные городские звуки. Тихо играли дети у подъездов. От платформы за чахлым леском беззвучно удалялась электричка.